— Слушай, братан, а это не твой мундирчик? — спрашивает Жук.

Дей одаривает Натали насмешливым взглядом.

– Вы знакомы?

— Имели удовольствие пересечься вчера вечером, — отвечает она.

— Я хочу назад свою куртку, — говорю я.

— Обломись. Находка принадлежит нашедшему, — говорит она.

Я под столом сжимаю кулаки.

Жук издает стон и потирает лоб. Его Дурман оборачивается головной болью, одним из неприятных побочных эффектов от наркоты. Дей смотрит на него своими темными глазами.

— Ты под кайфом? — шепчет она.

Жук бросает в мою сторону виноватый взгляд — всё, она не нуждается в ответе. Дей резко поворачивается в мою сторону.

— Я не верю не единому твоему слову, Эш Фишер! Еще нет девяти, а ты уже накачал Жука?!

— Я этого не делал! — восклицаю я.

Наши столы накрывает тень, которая прерывает спор.

Грегори протягивает Натали руку.

— Грегори Томпсон, — представляется он. — Мой отец работает в департаменте Управления подвидами, сортирует поставки Кровь-Синт-1 для Легиона, и тому подобное. Может ты о нем слыхала?

Натали вежливо улыбается.

– Это имя мне ни о чем не говорит.

Я стараюсь не смеяться. Грегори сказал это так, будто его отец какая-нибудь шишка в министерстве, когда как на самом деле он бригадир на фабрике по производству Крови-Синт-1.

Он разочарован.

– Ну, это честь, что ты здесь. Я с радостью бы показал тебе школу…

— Дей уже это сделала, но все равно спасибо, — говорит она небрежно.

— Тебе не захочется иметь дело с такими, как она. Она одна из детей Высотки, — говорит он Натали. — Я могу познакомить тебя с правильными людьми.

Щеки Дей горят алым.

— Я и сама смогу разобраться на счет «правильных людей», — отрезает Натали. — И я уже хорошо себе представляю, с кем бы мне хотелось избежать общения.

Он откидывает свои прямые волосы с глаз.

– Ну, разумеется, мои извинения. Кстати, могу я принести тебе свои искренние соболезнования по поводу смерти твоего отца в прошлом году?

— Спасибо, — бормочет она.

Я закатываю глаза, и Грегори поворачивается ко мне.

— Прояви хоть немного уважения, кровосос.

Я ковыряю пальцем угол стола, отламывая щепки от столешницы.

– С чего бы это? Все, что означает его смерть, это то, что одним Стражем на свете стало меньше. Это же хорошо.

Натали вздрагивает и быстро поворачивается ко мне спиной, но не раньше, чем я замечаю слезы, которые блеснули в её глазах.

— Просто не обращай на него внимания. Он — придурок, — шепчет Дей Натали.

Грегори ухмыляется мне и ковыляет обратно к своему столу.

Натали вытирает глаза, а ко мне подкрадывается чувство вины. Я прикладываю все силы, чтобы отбросить эмоции в сторону. С чего это меня должно волновать, расстроена она или нет? Она же лишь всего-навсего из долбаных Стражей.

— Понятия не имею, как я собираюсь протянуть оставшийся год вместе с ней, — говорю я Жуку, сквозь стиснутые зубы.

— Чувак, просто избегай её, — советует Жук.

— Клянусь, нам повезет, если под конец мы не переубиваем друг друга, — говорю я.

Я говорю это в шутку, но в какой-то степени я задумываюсь, а что, если я прав.

Я стараюсь как можно скорее покинуть с Дей класс, желая поскорее избавится от присутствия Эша, все еще переживая из-за того, что он сказал о моем отце. Еще раз, напоминая себе, почему отец был не прав, защищая Дарклингов; они грубые и жестокие, и им плевать на чувства других, они волнуются только о своих собственных.

Эш выходит из класса и идет вниз по коридору, источая ненависть. Психуя, я хватаю Дей за руку и тащу её в женский туалет. Эш бросает на меня взгляд полный отвращения, как раз, перед тем как дверь за нами захлопывается.

— Ты в порядке? — спрашивает Дей.

Я киваю, но мои руки все еще трясутся. Как я собираюсь пережить этот год, если рядом постоянно будет околачиваться Эш, когда только при одном взгляде на него у меня стынет кровь в жилах?

— Эш со всеми такой придурок? — спрашиваю я.

— Типа того, — отвечает она. — Просто избегай его. Как я.

Я вздыхаю. Похоже на план к действию.

– А что на счет того низкорослого парня?

— Грегори Томпсон?

— Ага. Он может вести себя еще отстойнее?

Дей смеется.

– Он изголодавшийся тролль. Он считает себя особенным, только потому, что возглавляет Старост. Спасибо, мои старосты меня берегут. Он, и правда, порядком достал меня.

— Почему он тебе так не нравится?

— Ой, дай-ка подумать, — говорит она, в задумчивости постукивая по губе кончиками пальцев. — Он ненавидит девчонок, особенно он ненавидит тех, кто умнее его, он ненавидит, что я живу в Высотке, он…