– Не слушай его! — бросила Луиза. — Я не боюсь.

– Видишь, Малик, но, похоже, мы оба более глупы, чем ты думаешь, — спокойно сказал Фор чун. — Поэтому можешь быть насколько хочешь жестоким. Но лучше поторопись, потому что — как ты сам сказал — время бежит быстро. Жалко, что мы не в том земном веке, когда было полно подходящих для этого инструментов. Я думаю, тебе придется импровизировать.

Глаза Малика сузились.

– Даю тебе пять минут на обдумывание. Пошли, Попльв.

Тиран Бориуса и его чешуйчатый трехглазый помощник покинули комнату.

– Спасибо, — сказала Луиза, чуть подождав.

– За что?

– За отсутствие рыцарства. Я думаю, меня бы это оскорбило.

– Луиза, я желал бы, чтобы у нас был шанс получше узнать друг друга.

– Я тоже. Выходные в твоем отдаленном имении могли бы быть неплохими. Я надеюсь, ты не считаешь, что я тороплю события?

– Совсем нет. Прогулка там успокаивает. Снимает любые стрессы. Замечательное место для отдыха между экспедициями. Погода там, правда слегка непредсказуема, но тем интереснее. У меня в имении работает один из десяти лучших поваров галактики, библиотека, в которой… в общем, тебе бы стоило ознакомиться. А если ты любишь верховую езду, плавание, катание на лодке, альпинизм, «Вне Времени»имеет все, что ты можешь пожелать.

– Звучит заманчиво.

– Только одного, по-моему, там не хватает.

– И что же это? — Ты.

– Перестань, Форчун, иначе мне захочется поцеловать тебя, а я не дотянусь.

– Считай, что мы уже поцеловались заочно.

– Что бы они со мной ни сделали, — тихо сказала Луиза, — не отдавай им транспортер.

Ровно через пять минут вернулись Малик и Попльв. Лингвист нес ультразвуковое ружье.

– Ты принял решение? — спросил тиран.

– Тут нечего решать, — ответил Форчун.

– Очень хорошо. Попльв!

– Да, мой господин.

– Дай Форчуну сначала попробовать это на вкус. В левую ногу.

Глаза Форчуна сузились, когда бандит прицелился.

– Мы начнем с минимальной интенсивности, — объявил Малик. — Это должно быть не больнее, чем раскаленное железо. Давай, Попльв.

Левое бедро Форчуна обожгло, как пламенем. Он подавил крик боли, но не смог не попытаться отдернуть ногу.

– Замечательно! — сказал тиран. — Ты не передумал?

– Нет.

– Прекрасно. Попльв, давай теперь девчонке. В то же место.

Попльв прицелился и выстрелил. Луиза задергалась и закричала. Но Форчун сказал: — Нет.

– Еще раз, Попльв.

На этот раз первый удар достался девушке. Но Форчун был непреклонен.

– Выше, — сказал Малик. Луиза завизжала.

– Ну как, Форчун?

– Никогда.

Она завизжала еще раз и чуть не потеряла сознание. Тогда Форчун сказал: Достаточно, Малик.

– Ты поумнел? — с одобрением сказал тиран.

– Форчун! — завопила Луиза. — Не делай этого! Не соглашайся!

– Хорошо. Малик, ты слышал девушку? Продолжай, Попльв, — сказал Ганнибал.

Следующие полчаса нельзя было назвать приятными. Математика этой ситуации была предельно проста: жизни и свобода одной сотни биллионов граждан Галактической Федерации против жизней и свободы двух агентов ТЕРРЫ. Но математика мало согревает перед лицом безжалостного мучителя. К концу получаса Луиза все чаще теряла сознание, ее крики раздавались все реже.

– Форчун, твое упрямство становится раздражающим, — сказал Малик. — Сколько, ты думаешь, твоя компаньонка выдержит такое обращение?

– Понятия не имею. Более того, меня это не особенно заботит. Меня все равно скоро не станет.

– Прибавь мощности, Попльв. Крики раздались снова.

Что-то теплое спустилось по тыльной стороне руки Форчуна. Он решил, что это кровь с запястий, куда врезались оковы. Но оно взобралось по тыльной стороне его шеи и далее — в левое ухо.

– Я получил твое сообщение, — сказал Уэбли, — но мы еще не нашли колчан.

— А Ронел уцелела?

– Ронел здесь, снаружи, — ответил симбионт. — Ты можешь сделать так, чтобы они сказали, куда положили колчан и меч?

— Сколько времени тебе понадобится?

– Максимум пять минут. Ронел принесет их.

— Хорошо, сколько сейчас времени?

– Три двадцать.