Но раз жизнь Лазаря так светла и тепла, и все в ней так ловко предусмотрено и обустроено, и не боится он ни Майи (то есть, ее заявления на телевидении), ни следствия, - то зачем Лазарю Бориску убивать понадобилось? Что его вдруг так насторожило, что он принялся искать Майю и ее компромат? Вот что непонятно...

Еще одна странность: убийца Марка бросил пистолет на месте. Убийца Бориски оружия не оставил. Один и тот же ли это наемник? Если за обоими убийствами стоит Лазарь, то логично предположить, что подобная работа была предложена одному специалисту. Это телохранителей держат отрядами, а для наемных убийц имеется, как правило, одна штатная единица. Но у каждого киллера свой почерк, он обычно верен свои привычкам. Если он бросает оружие - то он его бросает всегда.

Как Лазарь вычислил Бориску? Не через Лермита, это очевидно: его избили уже после убийства компроматчика. Рабская порода, Лермит даже смерти не удостоился: зачем убивать, человек полезный, а ботинок, помня вкус плетки, он до конца своей жизни будет преданно лизать хозяину, и в глаза заглядывать: "чего изволите?" Но за что же Лермита избили и почему уже после смерти Бориски? Где тут связь?

Пока непонятно, - но все же допустим, что именно Лазарь каким-то образом на Бориску вышел, - в конце концов, мир тесен, дело техники... И послал к Бориске убийцу: подлеца наказать, компромат уничтожить и до Майи добраться. А там и Венин номер нашелся у Бориски на определителе, и адресок быстренько установили...

Однако ж, в таком случае, проблему они решили нерационально. Окажись Кис на месте Лазаря, он бы заставил Бориску вызвать Майю за обещанным компроматом и устроил бы там для нее засаду. Куда проще! Что-то тут не сходится, в этой истории с Бориской... По логике вещей, Лазарь мог выйти на Бориску только потому, что искал Майю и ее компромат. Но все говорит о том, что кузен вовсе не воспринял всерьез ее заявление на телевидении. Что же Лазаря могло насторожить и привлечь внимание к Бориске?

Далее, зачем Лазарю посылать убийцу к Майе? Вот это напрочь лишено смысла. Пугать ее? Рискованно. В раскладе с Веней все выглядело куда стройнее: Веня находился на месте событий и держал ситуацию под контролем, - убийцу пристрелил, Майю до смерти напугал. Но Лазарь контролировать ситуацию не мог. Нет, ему пугать Майю было бы совсем глупо, да и без надобности, - если по его приказу убили Бориску, то и приготовленный для Майи компромат уже находился в тот момент у кузена (а про секретный файл на диске болваны-исполнители не догадались). Тогда зачем киллер к Майе приходил? Ее выкрасть? И к Лазарю привести? Но где же всякие причиндалы - баллончик там, тряпочка с хлороформом? И почему же убийца, схватив Майю, не потащил ее прямиком к машине, а тупо пытался заставить ее утихнуть?

Непонятно. Совсем непонятно.

А что, если оставить на совести Вени этот странный ночной визит киллера, (да и киллера ли?) - с целью напугать Майю и так далее, - а вот смерть Марка, Бориски и самого Вениамина включить в "парадигму" Лазаря?

Смерть Марка легко встраивается в эту схему. Бориска - очень натужно. А смерть Вениамина...

Здесь снова всплывает неотвязный вопрос: тот ли самый это был наемник, который до Вени убил Марка и, возможно, Бориску?

На глаз, вприкидку, Кис сказал бы: не тот. Почерк другой. Трудно точно сказать без экспертизы, но Алексею дело представлялось таким образом: Веню сначала крепко избили, - скорей всего, пытали, - а потом, полуживого, потащили в гараж, где приколотили к стенке и добили машиной... Одному убийце с этим было бы трудновато справиться. Скорей всего, по Венину душу явился не один, а два, - а то и больше, - душегуба... Да и мизансцена Вениной смерти была поставлена напоказ, для устрашения тех, кому это зрелище предназначено... Кому? И поставлена она со всеми признаками дурного, дешевого, заштампованного ужасниками вкуса... На роль режиссера-постановщика так и напрашивается Лазарь.

Но к чему она Лазарю, Венина смерть? Отомстить за пропавшего киллера, убитого Веней? Теоретически, может быть, при условии, что киллер был одним из людей Кузи, и Кузя им дорожил. Проблема, однако, в том, что авторство в сцене покушения на Майю Кис уже отдал Вене.

У Вени что-то искали. Веню пытали. Раз пытали, - значит бородач молчал. О чем молчал? Где скрывается Майя? Кис, помнится, сам предупредил Веню, что в поисках Майи лихие люди могут его навестить и душу из него вытрясти. И он, бедолага, даже сдать ее не сможет, потому как знать не будет, куда Кис Майю увез...

Да, но не далее как вчера, Майя сама приходила к Лазарю! И ровно до тех пор, пока их не обнаружили в качестве незаконных свидетелей сделки, Лазарь даже не дернулся, чтобы задержать Майю... Она его явно не интересовала. На складе было сказано, "что она не представляет опасности"... А что представляет опасность? Документы?

Проклятье, ничего, ничего здесь не сходится!!!

Хотя... Постой-постой... Что-то такое Майя тогда сказала... Тогда, когда щебетала насчет поливки сада по телефону...

Он посмотрел на нее. Она лежала лицом к стенке.

– Ты спишь, Майя?
– тихо спросил Кис.

Она медленно повернулась.

– Тебя жду...

– Я... Я выспался. Скажи мне, о чем ты тогда с Лазарем говорила, по телефону, когда ему инструкции давала?

Майя долго вспоминала, морщила нос, не могла никак сосредоточиться.

– Иди ко мне, - наконец, произнесла она.

– Майя, это очень важно...

– Это самое важное: иди ко мне, - нежно, зазывно прошептала она и протянула руки.

Кис медлил. Кис все еще колебался.

Майя вскочила, приблизилась к нему босиком, взяла его за обе руки и потянула, вынуждая сделать несколько шагов в сторону тахты.

И он их сделал.

Вот он и наступил, тот момент, когда неизбежное должно случиться, еще успел подумать он перед тем, как рухнуть в бездонную пропасть ее объятий...

" Ах, Алеша, - говорила она, поглаживая его по животу, - как мне хорошо с тобой, если бы ты знал! Ты не обиделся тогда, - ну, когда я сказала, что с тобой только в наручниках можно, нет? Я ведь тогда не знала... Нет, я знала, я предчувствовала, что с тобой будет так чудно, так восхитительно хорошо... Ты не поверишь, когда я увидела тебя на экране, я вдруг поняла, что я хочу туда, - туда, где ты... Не понимаешь? Я тебе объясню..."