«А что если он всё подстроил намеренно?! Что если он вовсе не Доктор, как себя называет, а что-нибудь ещё? Может он именно тот, кто сманивает на ту сторону! Или просто швыряет пыль в глаза, в надежде, что путники ослепнут и сами собьются с Пути. Ведь развилок много. На одной Земле, можно запросто сгинуть, а тут выходит целое множество путей и миров. Так неужели и меня предали?.. Хотя я это заслужил, вне сомнений».

Яська вытащил прыгалки из урны. Размотал. Зачем-то понюхал. Те пахли новогодним салютом и ещё чем-то непонятным, что Яська списал на помойку.

«Да нет же! Они просто не принадлежат тому миру, потому и заново возникли здесь! Доктор говорил, что не стоит двигать фигуры, особенно когда не совсем представляешь, к чему это может привести в реальности. Опять этот Доктор! Волновать должно другое: почему прыгалки появились именно тут, а, например, не дома?!»

Яська размахнулся и пнул притихшего тролля в дырявый бок, словно тот был всему виной. Бачёк надсадно ухнул, точно недовольный индюк, опрокинулся наземь и покатился вниз по склону, теряя по пути «внутренности».

– Блин, вот незадача! – воскликнул Яська, только сейчас осознав содеянную глупость. Он бросился было следом, чтобы пресечь своеобразный акт вандализма, но что-то его остановило. Некое тревожное чувство, словно на него кто-то смотрит из-за спины.

Яська молниеносно обернулся к калитке – никого. Створка замерла нараспашку, приглашая войти. Чуть поодаль, на остроконечном прутке ограды восседал чёрный ворон и не сводил с Яськи мутного взора. Потом громко закричал, сорвался со своего насеста и полетел вглубь погоста, сотрясая атмосферу редкими взмахами огромных крыльев: ух, ух, ух.

Яська от увиденного к земле пристыл. Так и стоял, с отвисшей челюстью, пока в голове не зазвучал гнусавый писк:

«Ясь, а Ясь, ну чего же ты, как не свой? Мы тебя заждались! А, Ясь?.. Заходи, поиграем. А то вы всё без нас, да без нас. А с нами, знаешь, как здорово! Всё взаправду, не то, что у вас. Хочешь на самолёте – пожалуйста! Пленит Звезда – и это мы мигом! Тянет на дно – ещё проще!!! Теперь Путь везде, даже в вашей реальности. Ясь, а Ясь, ну же, не робей! Дело за малым. Твой шаг – решайся. Мы ждём!»

Яська машинально понял, что пятится прочь. Ещё бы, после такого, кто угодно на этом свете, точнее под Солнцем, вряд ли сумеет сохранить самообладание. Сознание и вовсе уже давно неслось наутёк, не понимая одного: почему её примеру не следует противоречивое тело? Или оно и впрямь уже того?.. Хочет поиграть в жмурки с Тьмой, да вдобавок, на её же территории?..

Яська мотнул головой – ничего он такого не хочет! Хочет поскорее найти друзей и бежать, как можно дальше, – вот это он точно хочет!

«Или просто заново «уснуть», если это всё ещё возможно...»

Налетел пронизывающий ветер. Такое ощущение, он нёсся прямиком из разрытой сырой могилы, или из склепа, что не проветривали миллиарды миллионов лет! Пахло прелостью и трупным смрадом. Хотя на счёт последнего, Яська уверен не был. Пахло гнилью – вот это, да!

«Ясь, а может, дождёмся Тьмы? Так будет ещё правдоподобнее! Смысл играть в жмурки днём? Вот ночью, самое то! Хи-хи-хи...»

Яська уже толком не понимал, что такое происходит. Тучи спустились по стволам деревьев, погрузив периметр кладбища в полумрак. Памятники превратились в хищные тени, а холмики могил – в хребты затаившихся под землёй чудовищ. В кронах тополей что-то пронзительно верещало, хлопало крыльями и перелетало с места на место, так и норовя выскочить из мглы, чтобы навечно утянуть во мрак.

Яська понял, что сходит с ума. Зажмурился, не совсем понимая, как это может помочь. Просто делать что-то ещё, было превыше его сил.

«Яська, их нет в тебе! – В сознании зажглась еле различимая искорка – точно трепещущее пламя свечи на ветру. – Они хотят запугать, потому что боятся сами! Не слушай их, просто иди на зов сердца, и они отстанут!»

Росинка!!! Значит, Ярослав всё же прорвался!

Яська распахнул ресницы. Мглы и след простыл. У самой калитки, в пыли, вертелся серый клубок. Яська пригляделся и понял, что дерутся двое: давешний ворон и лопоухая дворняга, заросшая с головы до ног грязью. Птица всё силилась взлететь, однако неизменно получала от пса лапой по спине, отчего внутри у неё что-то протяжно булькало.

– Так её! – поддержал Яська дворнягу. – Будет знать своё место!

Ворон раскрыл чёрный клюв и что-то прошипел, глядя на Яську мутными зрачками, внутри которых вращалась бездна.

Яська показал кулак.

Пёс сжал челюсти, и голова птицы безвольно повисла в его жёлтых клыках. Не было даже судорог – раз и готово! Дворняга приподняла облепленную перьями морду, уставилась на Яську озорными глазами, дружелюбно завиляла баранкой хвоста.

– Молодец, Лохматый! – похвалил Яська, на ходу придумывая кличку. – Вовремя ты подоспел!