Вообще-то одежда была, но она не рискнула даже предложить ему это. А тут скажите пожалуйста! Чудеса!.. И хороший знак!

После ритуала ей стало еще хуже. Из последних сил она повалилась на топчан. Но не успела заснуть, как в окно кто-то заскребся. Она встала и пошла. Куда? Так, на автопилоте.

Снова по старым местам, открывая наложенные когда-то печати, потом — к источнику.

Возле источника — бледные тени Берегинь и Смотрителя. Тут же Водяной с дочкой.

В источнике — чей-то силуэт. Кривь? Вода была теплой и приятной. Огромная голова змеи (одна?) смотрела грустными глазами.

— Не бойся! Она шкуру меняет! Просто ей покой нужен. Спасибо Хранителю за силу, она ей помогает!

— А почему она одна?

— Хи-хи… а у них всегда так, люди вы люди, невежды! Пока она гнездится, она одна! Да и гнездо не здесь! А там, где… — тут Смотритель замахнулся на девушку посохом, и она умолкла.

— Это тайна, нельзя вслух пока. В молодом Смоке надежда. И его надо пока скрывать. А здесь — не знаем, что еще будет. Еще один Смок? А, может, старый воссоединится? Как выйдет. Иди, выкупайся. Тебе тоже защита нужна. Не бойся!

Вода была ласковой, прохладной и живой. Огромная голова потерлась о ноги, как будто это был маленький котенок. Правда, кожа при этом засаднила. Руки сами потянулись и гладили эту уродливую голову с огромными грустными глазами, и они щурились от удовольствия. Было приятно чувствовать эту прирученную мощь… Постепенно ее жар прошел, и все тело наполнилось здоровьем и силой. Но одна из девушек сказала:

— Береги себя. На вашу Пасху твоя хворь выйдет, и это будет больно. И еще… но я не могу сказать тебе… будь честной!

— А подробнее?

Тут у воды появился уже знакомый силуэт в капюшоне. На этот раз драной повязки на ее голове не было, и плащ казался новым — он переливался, делая всю фигуру текущей и призрачной.

Теперь ее облачение было все на виду: диадема с височными подвесками и камнем посередине, нагрудник и широкий пояс. Кристалл на посохе светился голубым мягким светом. Она протянула руку:

— Пойдем. Тебя ждут. Но прежде отдай мне одну вещь. — Она указала на кольцо. — Оно мое.

Кольцо соскользнуло с пальца. Что ж, чужое надо отдавать.

— Так просто отдаешь?

— Ну оно же Ваше.

— Я пошутила. Оставь себе. Не в кольцах сила, а сила — в кольце, в сердце, в камнях, в траве — там, где она сама захочет. Время амулетов прошло. Они больше не нужны. Они только напоминают. Они — только окна. Так же, как и лики Святых. А идет ли через них что-то — это как ТАМ решат. Пошли.

И он пошли.

На площадке под старой елью было странное собрание. Но она не видела ни Хранителя, ни Магистра, ни Кладника с компанией, ни странного сообщества одетых в национальную одежду людей.

Она видела только его… Инквизитора.

— Я же говорил, что мы встретимся!

Слов не было, и она просто присела рядом. Все равно это сон…

Теперь она заметила и остальных.

Хранитель был явно не в духе, а Кладник загадочно ухмылялся, глядя на его грозную физиономию.

— Да не переживай ты так! Все путем!

— Каким путем, прохиндей ты болотный?

— Путем, в смысле шляхом!

— Ага, да, по-моему, не моим!

Тут Странница подошла к нему и положила руку на плечо:

— Не надо быть таким торопливым! Не спеши обвинять лесной народ в неблагодарности! Это ты плохо видишь!

— Конечно, это вы все умные, даже эта идиотка! Все свою выгоду поимели, а она так и своего ненаглядного притащила! А я так, погулять вышел! И что же тут творится?

— Да нормально все! Просто теперь здесь мужская часть СИЛЫ. Пока другая о потомстве заботится. И теперь работают контуры культов! Воины-то до сих пор сюда тянутся?

— Да сколько ж их?

Тут Инквизитор вступил в разговор:

— Да время теперь такое… Вот Капеллан теперь на повышение пошел, мне дежурство передал. Я-то теперешних лучше знаю. Бардак тут у этих отставников, но я его быстро превращу в порядок. И мы тут задумали одну вещь… Там, наверху, равновесие сместилось, и на нас готовят спецоперацию. Так мы тут им засаду организуем по всем правилам воинской науки. — Он хитро подмигнул и потер руки. — Давно я не веселился по-настоящему! Капеллан сверху, а я — тут пока поработаю. А ты — здесь, среди материальных. Объясни, Магистр.