— Вы не помните? — ахнула женщина. — Вы не помните?! Да как вы смеете!

Я уклонилась от ее ногтей и профилактически пнула аристократку в колено. Она охнула и чуть не упала на мужчину. Остальные аристократы безмолвствовали, но делали это весьма угрожающе.

— Или вы сейчас же объясните, что происходит, или я зову на помощь, — спокойно произнесла я, хотя внутри все дрожало. Я тут визжала, а в коридоре так никто и не появился! Видимо, на аристократическом этаже Дома считают, что не стоит вмешиваться вдела высокопоставленных пациентов. О, да эта же компания не знает, что я магически опустошена. — Или не зову, и тогда ваши останки собирают в совочек. Если вы знаете, кто я, то должны представлять, какими силами я обладаю. Я очень, очень не люблю, когда мне угрожают.

Это они знали — скорее всего, по слухам, потому что с ужасом отпрянули. Репутация — великая вещь.

— Итак, начнем с начала, — продолжила я. Небесные Силы, я только неделю в столице, а уже ненавижу ее до глубины души. — Кто такой Аким ня Пинята?

— Вы почти убили его в выставочном центре! — крикнула женщина. — И продолжаете убивать сейчас!

— Э-э-э, я там много кого почти убила. А что до того, что продолжаю, то лично я об этом ничего не знаю. С этим вообще не ко мне.

— Ваша магия замкнула его жизненные силы, и он в коме. Никто из нее не может его вывести, — гневно произнес отец Акима, сжимая кулаки. — Целители сказали, что только вы можете помочь.

И тут до меня дошло.

— Аким ня Пинята — это брат Левана? — спросила я. Синие глаза! Они унаследовали их от папаши, а вот овальное лицо — от матери.

— Именно, — сказал граф ня Пинята, а графиня залилась слезами. — Вы должны нам помочь.

Это было настолько абсурдно, что я потеряла дар речи. А потом впала в такое бешенство, что едва сдержалась, чтобы не кинуться на родителей Левана.

— Вы… — прошипела я, — вы хотите, чтобы я помогла вашему сыну? Я? Вашему сыну? Брату Левана? Помогла?!

Я захохотала, а потом смех перешел в истерику. Я смеялась и плакала, плакала и смеялась, сползла на пол, закрыв лицо ладонями. Кто-то сбегал за целителем, и от ласкового прикосновения исцеляющей магии и нескольких глотков успокоительной настойки я пришла в себя.

— Нет, — сказала я аристократам, на всякий случай вцепившись целителю в руку, чтобы он не сбежал. Хоть один свидетель будет. — Никогда. Я вашему сыну никогда не помогу. Ваш старший меня убил, а потом еще раз попытался убить. Ваш младший тоже меня пытался убить. Ваша семейка, ради мировой справедливости, просто обязана плохо кончить.

Графиня ня Пинята упала на колени и вцепилась мне в юбку.

— Пожалуйста, — пролепетала она. — Аким — наша единственная надежда!

— Надежда всей этой толпы? — поинтересовалась я. Мало ли, может, среди зрителей найду себе сочувствующего.

— Это наши родные.

Не получилось.

— Сочувствую безнадежности вашей надежды, — сказала я. — Аким, если вы не в курсе, готовил покушение на короля.

— Мальчик был обманут.

— Когда он надо мной меч заносил, то вовсе не выглядел обманутым. — Я так сжала руку целителя, что он ойкнул. — В любом случае, вашу надежду ждет каторга за покушение.

— Нет, не ждет, — мрачно сказал отец Акима. — Каторга вполне может быть заменена на ссылку и штраф.

Ага, учтем на будущее. Если что, на штраф я денег наскребу, а ссылке в Рорритор Ирга будет только рад.

— Так вы ему поможете? — спросила графиня дрожащим голосом.

— Нет. Дайте, пожалуйста, пройти.

Граф ня Пинята схватился за пояс, где у него обычно висел меч, забыв, что сдал все оружие при входе в Дом Исцеления.

— Да, кстати! — спокойно сказала я. — Вы мне должны. Я очень сильно потратилась на косметологов, когда сводила шрамы от зубов зомби вашего старшего сыночка.

По лицу ня Пиняты заходили желваки. Я пробилась через скорбящих графских родственников и потащила за собой целителя.

— Что это вообще такое? — спросила я его, спустившись на свой безопасный этаж для простых смертных. — Почему только я могу помочь этому гаду?

Целитель потер свое запястье.

— Как хорошо, что мы не разрешаем пациентам проносить с собой оружие!

— Ну извините, — буркнула я. — Не я это первая начала.

— По счастливой случайности, — целитель спрятал руки в рукава мантии, — именно я наблюдаю Акима ня Пиняту. Вы послали в него слишком сильный импульс своей энергии, которая заменила его собственную.

— Так в чем проблема-то? — удивилась я. — Я помогала целителям поддерживать потоки жизненной энергии у раненых, что вам мешает это сделать?

Целитель с пониманием посмотрел на меня и кивнул.

— Вы поддерживали собственную энергию человека, не позволяя прерваться ее циркуляции. К тому же под наблюдением целителей и едва вплетая свою силу. Как вам объяснить… Представьте бумажный стакан, в котором вы взбалтываете сок, понемногу доливая в него воды.

— Я понимаю, именно так действуют мои поднимающие артефакты — они помогают той энергии, которая циркулирует плохо, работать лучше.