Вытянув руку вперед, в моей голове начали пробегать картинки. Множество образов стены со всех сторон, вплоть до малейшей подробности. Кадры, как стена ведет себя под напором ударов, под выстрелами, в огне. Курт тем временем проделывал схожие операции по отношению к защите с воздуха. Все остальные выстроились ровно по обозначенной мною линии.

Первый, вероятно, надеялся на повторение ситуации с предыдущей попыткой штурма Города, поэтому пропустил нас. Но, поняв, что мы собираемся закрепиться у него же на позициях, принял решение атаковать сразу. Десятки собак на всей своей скорости приближались к нам.

Раздались первые выстрелы, посыпались зажигательные смеси, чтобы преградить путь наступающим псам. Поначалу всё проходило очень гладко, собаки просто не успевали приблизиться, их было слишком мало, а стволов у нас имелось с достатком. Первый временно остановил атаку, собирая более крупную группу для удара. И уже сотни псов неслись в нашу сторону. Они прыгали прямо через огненные стены. Некоторые загорались и начинали кататься по снегу, пытаясь как-то сбить пламя.

Нашей огневой мощи стало не хватать. То и дело одна или две собаки прорывались сквозь контур, вынуждая наших бойцов сражаться врукопашную.

— Да пошло оно всё! — прокричал Пончик, выбежав вперед и начав размахивать огромным молотом.

Собаки обратили на него внимание, и нам стало чуточку легче держаться. Но Пончику приходилось совсем тяжело.

— Пончик! — возопила Калли, бросившись вслед за ним.

Она использовала преимущественно легкое режущее и метательное оружие. Взмах катаной — собака разделена на две ровные половинки, бросок топора — не стало другой, еще взмах — еще минус одна.

К этому моменту Курт наконец успел сделать крышу, пока я до сих пор маялся со стеной.

— Калли, Пончик, назад! — проорал Курт изо всех сил. Но было уже поздно.

Один из псов вцепился Пончику прямо в глотку, буквально через секунду на него накинулись еще два. Что было дальше, я не видел, так как передо мной появилась долгожданная стена форта. Но догадаться о судьбе Пончика несложно. На стену вели три лестницы: одна по центру и две по бокам. С тыльной стороны форта было всё также. Все устремились наверх, а Калли осталась на это время совсем в одиночестве, без нашей поддержки.

Вбежав на стену, я обрадовался тому, что Калли продолжала успешно держаться. Однако Первый начинал подгонять своих тварей, некоторые уже в сотне метров от нас.

Точным выстрелом из арбалета я поразил пса, который на всей скорости несся к воительнице с красными волосами. Загвоздка в том, что собака продолжила движение по инерции, и ее тушка врезалась Каллиопе прямо по ногам. Потеряв равновесие, она упала.

— Калли! — закричал Курт, спрыгивая со стены.

Огромным топором он окроплял снег подбегающих псов, пытаясь прикрыть подругу. Остальные со стены старались как-то помочь им. Калли поднялась на ноги и побежала залезать на стену. Курт тоже начал отходить.

Высота стены составляла всего лишь несколько метров, поэтому я подал руку Калли, и она легко смогла забраться на наши позиции. Курту тоже помогли подняться.

— Осколочными их! — приказал Курт, взобравшись. Наши бойцы стали активно использовать гранаты, поджигая фитили и бросая их далеко вдаль, под ноги к волне наступающих тварей.

Гранаты представляли собой маленькие пластмассовые горшочки с порохом и осколками, поэтому не наносили смертельных повреждений таким грозным созданиям. Только одному оторвали голень, выведя его из боя. Зато множество собак попадали под осколки, некоторые падали замертво, некоторые начинали отступать. И всё же я поражаюсь Первому: имея возможность неограниченного создания безмозглых солдат, он продолжает ценить жизнь каждого из них.

— Задняя стена! Пять человек туда! — распоряжался Курт, увидев, что Первый часть своих воинов перенаправил для удара с тыла.

Осколочные бомбочки подходили к концу, зажигательные смеси давно закончились, с боеприпасами ситуация также оставляла желать лучшего. А Первый и не собирался ослаблять натиск. Видимо, он решил бросить в бой все имеющиеся под рукой силы.

Повсюду горел огонь, тела собак и десятка тварей устилали всю улицу, в ушах стоял невыносимый звон от выстрелов. Снова начинал идти снежок, на этот раз он был мелким и мокрым.

— Я пуст! — в панике прокричал боец рядом со мной.

— Лови! — кинул я ему свою прошлую версию арбалета крестоносцев, у которой имелась система перезарядки, и еще колчан с парой десятков болтов в придачу.

— Я твой должник! — сказал парень, и тут же упал замертво со стены от раздавшихся выстрелов. Метрах в ста подошла огромная тварь, ростом не менее четырёхсот сантиметров, с внушительным пулеметом. В отличие от шлемов остальных созданий, «головной убор» этой не совсем отображал лика животного. Точнее это не было мордой живого животного, шлем выполнен в форме черепа быка с кривыми рогами. Череп, как и доспехи Первого, слегка отливал красным, а кожа самой твари пепельно-серая.