— Пошли вон, дуры, я сказал, — уже спокойнее добавил воин, обращаясь к рабыням, но от такого тона мне стало не по себе. Я заметила, что служанки поспешили покинуть зал. Они почти выбежали из него. Мне показалось, или одна из них плакала? Хотя от подобного обращения у меня тоже бы навернулись слезы на глаза. Трор вновь повернулся ко мне.

— Ты что-то хотела спросить? — уточнил он.

— Да, — кивнула я и добавила, — Я хочу знать, почему ты выбрал именно меня? Ведь мы знакомы всего два дня, да и это никак нельзя назвать знакомством. Ты даже не нравишься мне, — я почти выкрикнула последнюю фразу.

— Странно, — кажется, его совсем не тронули мои слова, — А вот мне кажется, что мы с тобой знакомы уже давно.

— Чушь, — я отвернула лицо, когда он сделал шаг, разделяющий нас, и прижал меня к себе. Я закричала и тут же ударила его, попав кулаком в плечо, и тут же охнула от боли — его плечо оказалось твердым, как камень.

— Ты будешь моей женой, и это не обговаривается, — сказал он уверенно, обратив на мой удар внимание не больше, чем обратил бы на укус комара. Я стиснула зубы.

— Да, я согласна, — подтвердила я его слова, моля всех богов, чтобы он отпустил меня. Мысль о том, что он может меня снова поцеловать, вызвала волну тошноты, и я глубоко вздохнула, стиснув зубы.

— Вот и умница, — он убрал руки, и я тут же отскочила назад, оправляя платье. Как я ненавидела его в этот момент. Если бы взглядом можно было убить, то, несомненно, Трор уже лежал бы мертвый у моих ног. Я проскользнула к двери, направившись к причалу. Трор последовал за мной. Мне казалось, он идет след в след и стоит мне остановиться, как я тут же столкнусь с ним. В моей голове была буря. Я злилась на себя за то, что так глупо дала обещание этому человеку. Возможно, не стоило слушать отца, но почему-то во мне с каждой минутой крепла одна уверенность — откажи я сегодня Трору и он рано или поздно вернется за мной. Не потому, что я ему нравлюсь, а для того, чтобы отомстить за полученный отказ. Такие как он привыкли получать все и сразу. А я не желала, чтобы из-за меня пострадали люди и тем более мой брат, с которым Трор проведет ближайшие три месяца.

Как же я боялась его!

Мы вышли к морю. Легкие волны качали корабли. Дружинники поднимались на палубы. Я увидела Олава и отца. Они стояли у самой воды и о чем-то разговаривали. Трор догнал меня и неожиданно взял за руку.

— Не переживай, — прошелестел его голос около моего уха, — Я присмотрю за мальчишкой, — и выпустив мои пальцы, он сбежал вниз.

— Я так понимаю, мы еще вернемся сюда, — сказал Инне Трору, поднявшемуся на борт Дракона. Трор улыбнулся и бросил взгляд на берег, где увидел Кири. Она уже спустилась вниз и теперь обнимала своего брата. Взгляд вождя скользнул по ее тонкой фигурке. С удивлением Трор заметил, что ему хочется, чтобы она на мгновение отвлеклась и посмотрела на него. Но она не сделала этого. Зато на вождя во все глаза смотрел Инне, ожидая ответа.

— Да, — ответил его вождь, — Я вернусь сюда за своей невестой!

— Быстро ты успел обзавестись таковой, — присвистнул кормчий весело.

Люди Трора уже заняли свои места на скамьях. В руки взяли весла. Олав запрыгнул на палубу, когда воины Трора уже затянули какую-то бодрую песню, тем самым вызвав улыбку у вождя и кормчего.

— Едва успел, — сказал Олав, виновато глядя на Трора.

— Если бы ты опоздал, я бы не стал тебя ждать, — ответил тот. Инне указал Олаву его место среди гребцов. Молодой воин тут же поспешно скинул рубашку и села за свое место. Подхватив незамысловатые слова песни, он посмотрел вперёд, туда, где разливалось синее море, почти сливаясь по чистоте цвета с горизонтом. Он не хотел оборачиваться назад, зная, что увидит там только безмолвного отца и плачущую Кири. А впереди было столько интересного, что от этого ощущения, прежде всего, свободы, у него на короткий миг закружилась голова.

— Наконец-то! — сказал он сам себе и широко улыбнулся. Почему-то Олав не сомневался, что песни о его подвигах, совершенных в этом походе, будут слагаться скальдами и останутся в памяти на века.

Трор, следивший за выражением лица Олава, только коротко хмыкнул.

— Мальчишка, — бросил он еле слышно.

Корабль тем временем вышел в открытое море.

Море, серое, бескрайнее обступало корабль со всех сторон. Казалось, ему нет конца. Лишь у горизонта оно сливалось с не по-весеннему хмурым небом. Олав уже несколько дней не видел землю. Все это время он или спал, ел или сидел на веслах, как и остальные. На второй день плаванья, они попали в сильный шторм. Олав помнил, как огромные серебристые волны швыряли их корабли из стороны в сторону. То подбрасывая вверх, когда они оказывались на самом гребне, то опуская вниз, в мрачную черноту, похожую на пропасть из которой, казалось не было спасения. Но шторм прошел, опасность миновала. Все корабли оказались целыми, никого из людей они не потеряли, и это было большой удачей. Когда они, спустя несколько дней причалили к небольшому одинокому островку, затерянному посередине моря, король не забыл напомнить всем, что подобная удача благоволит лишь к тем, кто угоден богам, а значит, этот поход просто был обречен на успех.

Олав заснул, лежа спиной к костру, отдыхая от качки. Он долго лежал, закрыв глаза, прислушиваясь к шуму прибоя и вспоминая свой дом, который теперь был слишком далеко, отца, сестру. Рядом глухо трещали сухие ветки, пожираемые пламенем, тихо переговаривались дозорные, сидящие у костра. И хотя этот остров был необитаем, Трор решил выставить своих людей даже на берегу. Олав посчитал это излишними мерами предосторожности, но вслух, конечно же, никогда не посмел бы сказать это самому Трору.

— Кто рискнет напасть на такое войско? — подумал он, засыпая.

На рассвете, пополнив запас пресной воды, снова двинулись в путь. Прошло еще несколько дней, прежде чем в небе, над своей головой Олав увидел птиц.

— Чайки! — воскликнул он и с большим рвением налег на весла. Сидевший рядом воин по имени Свенд, усмехнулся, заметив оживление и радость в глазах молодого воина. Остальные спокойно гребли вперед.

Когда впереди показалась земля, тонкой светло зеленой полосой нарисовавшись на горизонте, Инне, кормчий Трора, сменил гребцов на тех, кто без дела сидел на палубе, ожидая своей очереди. Корабль рванул вперед с новыми силами. Олав подошел к правому борту, забросил в море ведро и, вытащив его, опрокинул себе на спину. Встряхнул мокрыми волосами и передал ведро другому, а сам стал наблюдать, как медленно приближается земля, словно вырастая из воды.