Как странно — всего лишь кухня, а кажется защищенной крепостью среди наползающей тьмы.

На подоконнике в слегка запыленной хрустальной миске лежало такое же запыленное обручальное кольцо. Почти не задумываясь, Ян взял его и прочел на внутреннем ободке: «Амилия и Григор». Дата стояла двухлетней давности. Неожиданно… Есть жизнь и на таких странных планетах.

Когда Амилия вернулась, Ян не заметил. Просто вдруг в дверном проеме, как в картинной раме, возникла строгая точеная фигурка. Темная одежда на темном фоне, зато руки и лицо светятся прозрачно-белым. Привидение. С прижатой к груди книгой.

— Я расскажу вам… — повторила Амилия, глядя на него темно-синими, выразительными, как у мультяшной феи, глазищами. — Но с одним условием.

Ну вот. Стоило расслабиться и решить, что он может понять эту девушку, как…

— С каким условием? — Ян не пытался сделать голос настолько неприятным. Как-то само собой вышло.

— Вы возьмете меня с собой.

— Чего?!

Амилия пересекла кухню, забралась на стул с ногами, положила книгу на стол между ними и вновь уставила на него спокойные, прозрачные глаза:

— Я же видела, вы хотели попасть в Замок. Мне тоже это необходимо.

— Зачем?

Она не ответила, не спуская с Яна испытующего взгляда. И Ян сдался, пожав плечами. А, в самом деле, почему бы и нет, если ей неймется? Амилия кинула быстро, будто ничего другого и не ждала. И перевернула книгу обложкой вверх. Ян жадно всмотрелся и разочарованно откинулся на спинку стула:

— Это всего лишь…

Книга называлась «О природе серебра». На обложке нарисован кувшин с узким горлышком. Какое-то исследование по художественной обработке металлов.

— Эта книга принадлежала человеку, который жил в вашем доме раньше.

Ага. А вот это уже интереснее. Ян глянул на книгу по-новому. Если присмотреться, не фыркая пренебрежительно, то… А ведь она действительно вписалась бы точь-в-точь в ту дыру, что зияла в книжном строю в момент его прибытия в дом на Ольховой.

— Где вы ее взяли?

— Купила… — она еле заметно запнулась. Врать Амилия явно не любила, да и не умела. — Букинист сказал, что книгу ему отдали полицейские, после окончания расследования. Ее нашли среди вещей погибшего… горелома. — Последнее слово она также произнесла с усилием.

— Зачем вы ее купили?.. Впрочем, неважно, — ему и в самом деле сейчас это не было важно. Ян алчно впился в книгу, перелистывая.

Через пару минут убедился, что книга вполне соответствует названию и повествует исключительно об изделиях из серебра, как старых, так и новых. Относительно новых, учитывая год издания книги. Не хотелось ему второй раз выглядеть идиотом, но пришлось.

— И что? Даже если книга принадлежала прежнему горелому, она не имеет отношения к Замку.

Амилия мягко улыбнулась. Без превосходства, а так, как улыбаются родители, наделяя ребенка припрятанной конфетой.

— В книге было вот это…

На стол легли желтые то ли от света, то ли от старости листы сложенной пополам бумаги, исписанные лиловыми чернилами плотно и густо. Мелкие строки перемежались схематичными рисунками. Ян потянулся к листкам, Амилия аккуратно накрыла их ладонью. Лицо ее стало неожиданно серьезным.

— Не может быть, чтобы букинист не заметил посторонних бумаг в книге, — произнес Ян хмуро. — Вы солгали, что купили книгу.

Она явно смутилась, опустила ресницы, шевельнула беззвучно губами, будто пробуя слова прежде, чем вздохнуть:

— Вы правы… Мне ее… подарили.

— Кто?

— Этот человек уже умер.

— Что в записках?

— Тот, кто их писал, искал первую башню. И он нашел ее. Я не знаю, что было дальше, и что он обнаружил в этой башне, но путь в нее он указал. Немного запутанно, он делал заметки для себя, но пойти по его следам можно.

— И? Если вам так хотелось попасть в башню, почему вы раньше не пошли этим путем сами?

— Во-первых, мне страшно… — Амилия признала это бесхитростно и спокойно. — А во-вторых, начало этого пути лежит в закрытых башнях. Я не знаю, как туда попасть. Я пробовала, но все известные мне дороги обрывались еще до нужной точки.

— Можно мне посмотреть?

— У него очень плохой почерк. Но я научилась его разбирать. Если пойду с вами, то…

— С чего вы взяли, что я смогу попасть внутрь? Замок недоступен.

— Говорят, Замок всегда впускает гореломов. У него с такими, как вы особые отношения.

— А если нет?

Она слегка пожала плечами, складывая записки снова пополам, по старому сгибу. Такая хрупкая, такая одинокая и беззащитная… На мгновение Яну представилась картинка, как он набрасывается на несчастную девушку и завладевает ее сокровищем. И даже не тем, о котором мечтают все насильники. А потом бежит прочь по переулкам…