Щелкнул замок. Арина закрыла глаза. Она спит, лекарство прекрасно работает. Пусть они так думают. По легкой поступи стало ясно, что в палату вошла Лидия, постояла секунду на пороге, а потом громко сказала:

– Подъем!

Арина зевнула, но открывать глаза не стала. Волшебные лекарства так быстро из своих мягких лап никого не отпускают. Она не исключение. Пусть думают, что она не исключение.

– Арина, пора вставать. – Лидия потрясла ее за плечо, сначала осторожно, а потом довольно сильно. – Вы уже проспали обед, скоро полдник. А потом Хелена Генриховна хотела с вами поговорить.

…Хелена пришла сразу после обеда, совмещенного с полдником, уселась на стул, закинула ногу за ногу, спросила:

– Какие новости?

– Мне снилась девочка. Девочке подарили медальон в виде монеты.

– Как она выглядела?

– Русые волосы, светлые глаза, на вид ей около десяти.

– Кто подарил?

– Человек, которого она называла мсье Жаком.

Хелена кивнула, как показалось Арине, удовлетворенно.

– Что-то еще?

– Больше ничего. – Арина потерла виски. – Голова болит, тут очень душно.

– Хотите конфетку за ловко исполненный трюк?

– Прогулка вместо конфеты меня вполне устроит.

– Надеетесь сбежать? – Хелена заглянула ей в глаза. – Пустая затея. От меня так просто не убежать. Если только, – она сделала драматическую паузу, – я сама не решу вас отпустить.

Врет. Врет и понимает, что Арина не верит ни единому слову.

– Мне хочется на свежий воздух. Камера-одиночка и ваше… лечение не особо способствуют раскрытию моих талантов.

– Уже торгуетесь?

Не торгуется, а определяет границы дозволенного, прощупывает почву.

– Использовать один только кнут непродуктивно. К тому же вы сами сказали, что отсюда не сбежать.

– Договорились! – Хелена встала, стул противно скрежетнул ножками по полу. – Но гулять вы будете в сопровождении Жоржа.

– Как вам будет угодно.

– Мне угодно как можно быстрее получить свой медальон.

– Сделаю все возможное.

– Уж вы постарайтесь. Потому что в противном случае… – Хелена недоговорила, но взгляд ее был красноречивее слов.

– Еще одно…

– Что?

– Я не хочу гулять в инвалидном кресле. С моими ногами все в полном порядке.

– Нет. Довольно вам поблажек. – Хелена выглянула из палаты, позвала: – Жорж, ты мне нужен!

Инструктаж слушали оба: и Арина, и Жорж. Арина внимательно, Жорж вполуха.

– И дальше чем на три метра от нее не отходи. Контакт с остальными пациентами запрещен. Ясно тебе, Жорж?

Под недобрым Хелениным взглядом Жорж вытянулся по струнке, закивал.

– Можете отправляться на прогулку. – Хелена любезно улыбнулась Арине и вышла из палаты.

– Ну, коза, поехали? – сказал Жорик свистящим шепотом, сдернул Арину с кровати, пересадил в кресло. – И без фокусов, ясно?

Она ничего не ответила, лишь покрепче вцепилась в подлокотники.

Арину никто не спрашивал, где она хочет гулять. Жорик катил кресло по той же уже знакомой дороге, что-то насвистывал себе под нос.

В парке в послеполуденный час было многолюдно. Тихушников, а было их человек пятнадцать, тоже вывели на прогулку. За тем, чтобы пациенты вели себя хорошо и не разбредались по парку, присматривали два санитара: уже знакомый Арине Степан и тщедушный мужчина неопределенного возраста в мятой робе. Неподалеку от места, где Жорик остановил кресло с Ариной, завхоз Никодимыч гремел инструментами и покрикивал на паренька в рабочем комбинезоне и засаленной кепке.

– Никодимыч, что стряслось? – Жорик приветственно взмахнул рукой.

– Поливочная система, будь она неладна! – буркнул завхоз, не отрываясь от работы, и тут же рыкнул на паренька: – Леха, ключ подай! Да не этот, а вон тот! Вот послал же Господь помощника, ничего делать не умеет!

Никодимыч с кряхтеньем распрямился, поправил ремень с инструментами, потер поясницу и шагнул к Жорику.

– Не работает поливалка! И главное, понять не могу, что случилось.

– Может, забилась? – Жорик достал из кармана сигареты, посмотрел с тоской и сунул обратно.

– Может, и забилась, только Хелене это не объяснишь. Хелена требует, чтобы цветочки и газончики поливались каждый день, а технические детали ее не волнуют. Не уехала еще? – спросил заговорщицким шепотом.

Жорик отрицательно мотнул головой.

– А курить хочется страсть как! – Он похлопал себя по нагрудному карману комбинезона, предложил: – Давай по-быстрому. Вон под дубочком спрячемся.

– Под дубочком, говоришь?

Жорик посмотрел сначала на Никодимыча, потом на Арину, а после сощурился, видимо, прикидывая расстояние до дубочка. Расстояние получалось не слишком большим, метров семь, а соблазн был велик. Он присел перед Ариной на корточки, сказал ласково: