— Ну ладно! Я рада, что ты здесь. Мы с тобой тут повеселимся, и, в любом случае, ты мне нужна, так сказать, для моральной поддержки. Ты просто не поверишь, если я тебе расскажу, что тут у нас творится. Мне надо будет ввести тебя в курс дела. Но пока нам следует приготовиться к приятной встрече: мистер Сверли-Пломбируй-Плати приглашает нас на стаканчик чего-нибудь в заведение, называемое «Литтл Нелл».

— Ну, Ларри дает! — сказала Кит. — Мне сейчас только и надо, что прыгнуть в кучу людей и начать с ними общаться. Это рискованно, я могу опять кого-то повстречать и впасть в очередную депрессию.

— Нет, это тебе не грозит, — усмехнулась Риган, — не верю!

Кит протерла глаза и зевнула.

— Кстати, Риган, надеюсь, ты не будешь против, если я остановлюсь в твоем номере? Луис говорит, что отель полон, но сюда он может принести еще одну кровать.

— Нет проблем! — сказала Риган. — Будет так, как бывало в дни нашей учебы в колледже.

— То есть мы точно так же будем с тобой спать до полудня?

— Нет. Это означает, что мы сможем, лежа в кровати, долго анализировать то, что происходит в городе. Может быть, таким образом нам даже удастся поймать парочку преступников.

— Преступников? — переспросила Кит. — Рейли, я-то думала, что ты тут, так сказать, отдыхаешь.

— Что ж, мне представляется, что одних занятий лыжами мне не хватает, — признала Риган. — К тому же тебе вряд ли хочется, чтобы вокруг было совсем скучно. Или я не права и тебе этого хочется?

— Что касается скуки, то ею мои последние дни были просто переполнены, — недовольным тоном признала Кит.

— Тогда приготовься к неожиданностям, — сказала Риган. — Потому что я даже предположить не могу, с чем мы тут с тобой можем столкнуться.

Дейзи подъехала к особняку Вудов. При этом она с удовольствием наблюдала сцены из жизни Аспена. Вокруг стояли маленькие викторианского стиля домики, многие из которых были раскрашены в ярко-розовые, желто-зеленые или даже нежно-голубые тона. Вид этих домиков вызывал у Дейзи улыбку. На многих почтовых ящиках у домов были нарисованы симпатичные коровы, что придавало каждому из них особые, игривые черты. Ну и, наконец, вид гор, как и всегда, вселил в Дейзи бодрость, радость жизни.

Все у Дейзи сейчас складывалось на удивление хорошо, и это при том, что ее мать за три последних месяца пребывания в их доме стала им немного поднадоедать.

Неделя перед Рождеством была напряженным временем для Дейзи. В эти дни в город приезжало много народу покататься на лыжах, а следовательно, многим из них требовались и услуги массажиста. Так бывало, собственно, в течение всех зимних месяцев. Только в весенние месяцы ее бизнес немного страдал, но потом, летом, люди опять начинали приезжать в Аспен, чтобы побывать на проводившихся здесь музыкальных фестивалях или же позаниматься спортом на открытом воздухе.

Подъезжая к подъезду особняка, Дейзи отметила, что улыбается. Вуды были симпатичной семьей. И Дейзи всегда было приятно приезжать в их дом. «Как же все-таки трудно поверить в то, что все это сделал именно Ибен», — подумала вдруг Дейзи.

Дверь ей открыла Кендра:

— Входи, Дейзи. Мы как раз тянем жребий по поводу того, кому первому делать массаж. А между тем никто из нас сегодня не катался на лыжах.

Кендра представила Дейзи Люку и Норе.

— У нас действительно был тяжелый день сегодня, — пробормотал Люк. — Сначала нам пришлось пойти пообедать, а потом мы все вернулись домой, чтобы немного почитать.

Дейзи рассмеялась.

— Тогда моя работа облегчается. Ваши мышцы совершенно расслаблены и без моих на то усилий.

— Понимаю, что ты имеешь в виду, — согласился Люк. — Я тоже, собственно, работаю с телами, и работа с ними мне представляется гораздо более простой, если у этих тел мышцы расслаблены.

— Люк! — воскликнула Нора.

— А чем вы занимаетесь? — ничего не подозревая, спросила Дейзи.

— Я — владелец похоронной конторы, — гордо ответил Люк. — Мы можем готовить тело к похоронам только после того, как пройдет этап трупного окоченения.

Дейзи закатила глаза.

— Ну, видите ли, мне приходилось работать и с теми телами, которые по своему состоянию были очень близки к упомянутому вами трупному окоченению. Так обычно бывает со всеми в первый день пребывания в Аспене, после первых лыжных прогулок.

— Ну, знаешь, Люк! Ты невозможен! — продолжала возмущаться Нора. Потом она повернулась к Кендре: — Раньше он никогда не говорил о своих клиентах в таком тоне.

Сэм, который до сего момента занимался углями в камине, тоже решил вставить свое слово в разговор: