– Дуглас, мы можем попытаться перехватить их ракеты пока они не начали маневрировать, - предложил командующий Седьмым флотом.

– Нет. Этот маньяк Митчел нанес несанкционированный ракетный удар. Судя по всему, у него полный контроль над лодкой. Ее надо уничтожить.

– Неужели ты позволишь это сделать русским?

– Нет, конечно, - выдавив кислую улыбку, сказал Локарт.
– Я им не доставлю такого удовольствия. Мы просто посмотрим, на что способны их ракеты. Лэйсон передала мне частичный контроль над ядерными силами. Я думаю, мы не дадим русским добраться до подлодки.

– Сэр, это Центр контроля NORAD. Русские уничтожили четыре ракеты, пущенные с "Кентукки" в зоне ответственности своих ПРО до отделения боевых блоков. Сэр, Китай поднял в воздух истребители, они направляются в район "Кентукки". Сэр, русский крейсер дал еще один залп - две ракеты. Мы не можем отследить средствами NORAD русские ракеты из первого залпа. Скорее всего, они идут слишком низко по сложной аэродинамической траектории и обладают характеристиками "стелс", возможен так же гиперзвук. Включаем спутниковую систему визуального сканирования предполагаемой траектории. Передаем последние координаты целей в систему ПВО Седьмого флота.

– Китайцы слишком далеко. Русские ракеты подлетят намного быстрее. Ты понимаешь, что делают русские?
– спросил Локарт.

– Странно. Я такого еще не видел. Лодка уже ушла из района пуска. Кораблей и самолетов у них там нет, и они не должны знать ее точные координаты, - ответил командующий Седьмым флотом.
– Надеюсь, они не собираются применить против "Кентукки" ядерные боеголовки.

– Сэр, мы не можем отследить ракеты из второго пуска русских. Передаем последние данные в систему ПВО Седьмого флота.

– Инициирую Нулевой протокол по коду "Сломанная стрела"* (*Нулевой протокол по коду "Сломанная стрела"* (англ. "Broken Arrow" Protocol Zero) - обеспечивает самоуничтожение подводных лодок, самолетов и надводных кораблей, несущих стратегическое ядерное оружие в случае потери над ними контроля. Для баллистических ракет существует отдельный протокол),– приказал министр обороны и оглянулся.

Старший офицер, сидевший в сопровождении двух вооруженных морских пехотинцев в кресле в глубине зала, встал, подошел к Локарту и положил перед ним небольшой титановый кейс. Министр обороны приложил руку к сенсорной панели не его крышке, которая считала терморисунок кровеносных сосудов и разблокировала запирающее устройство.

Ядерный чемоданчик или "черный ящик", как его называли специалисты, уже давно превратился из портативного сейфа с запечатанными конвертами, содержащими коды пуска ракет, в небольшой, но мощный пульт управления всем стратегическими активами США. Этот пульт имел хорошо защищенные многоканальные высокоскоростные линии связи и позволял отдавать ядерным силам США практически любые команды от пуска по целям, до самоуничтожения целых позиционных районов, где это оружие размешалось. Более того таких "черных ящиков" было два. Основной находился у президента и обеспечивал полный контроль за ядерным арсеналом. Дублирующий, с выбранными президентом функциями, находился у министра обороны. Для активации основного пульта, способного дать команду на пуск ядерных ракет, нужны были три ключа - синхронизированные с ним чип-карты с постоянно меняющимися по одному алгоритму кодами. Один находился у президента, второй у министра обороны, третий у вице-президента. Функция авторизации пуска ракет и активации ядерных боевых блоков в дублирующем пульте отсутствовала, и для работы с ним было достаточно лишь одного ключа.

Локарт расстегнул пуговицу на воротнике рубашки и снял небольшой жетон с чип-ключем, висевший на цепочке у него на шее.

– Дуглас, в районе "Кентукки" зарегистрированы мощные волновые колебания, идущие от четырех источников расположенных на глубине около трехсот метров, - сообщил командующий Седьмым флотом.
– Теперь ты понял, что они делают?

– Да. Русские сбросили с первых двух ракет глубинные волновые генераторы, чтобы подсветить лодку, - ответил министр, активируя "черный ящик".
– Значит две оставшиеся ракеты - ударные. Теперь у "Кентукки" нет шанса избежать контакта. Но я, все же, не понимаю, что они собираются делать дальше, ведь они пустили всего две ракеты. Сообщите на подлодку о приближающейся атаке. У них достаточно средств, чтобы защититься или уклониться от всего, кроме ядерного взрыва.

– Сэр, это Центр контроля NORAD. Сэр у нас есть визуальный контакт со спутника с атакующими русскими ракетами. Подлетное время до "Кентукки" Танго минус 5-9. Передаем координаты в ПРО Седьмого флота.

– Они слишком быстро долетели. У них, что - гиперзвуковые разгонные блоки? Мы уже ничего не успеем сделать, - озабоченно сказал адмирал Уоррен.

Локарт бросил быстрый взгляд на экран, где появились два новых окна, показывающие мчащиеся с огромной скоростью низко над поверхностью воды русские ракеты. От скорости движения вода сливалась в сплошной светло-серый фон, и изображение немного дергалось, когда спутник подстраивал оптику под объекты наблюдения. Ракеты были видны четко и достаточно крупным планом, чтобы разглядеть детали.

– Это не Strobil* (*Strobil - По классификации США и НАТО, обозначение класса российских тяжелых крылатых ракет морского базирования "Оникс"). Это что-то новое, гиперзвуковое, - прокомментировал командующий Седьмым флотом.
– Они почти над лодкой! Дуглас, нажимай кнопку!

Меню авторизации самоуничтожения подводной лодки было уже на экране "черного ящика", Локарт ввел в него код USS Kentucky и приступил к вводу боевой команды, но тут его отвлек дежурный: