— Мне кажется, тебе тоже лучше уехать. Ненадолго. На время.

— Куда?

— Мало ли мест?

— Ну если только на другой конец земного шарика. Я только на такое путешествие, Сергун, согласен. А иначе, — Лыков усмехнулся, — ничего из этого не выйдет.

Мещерский эти невеселые слова Лыкова запомнил. И вплотную занялся «вентилированием» внезапно осенившей его идеи. Идеи свои он обожал претворять в жизнь. И вот вскоре все справки были наведены, вопросы прояснены, согласие Лыкова — принципиальное — получено, анкеты заполнены, документы оформлены.

Из надежных дружеских источников Мещерский знал: на постоянно действующей научно-исследовательской станции «Восток» в Антарктиде предстоит кардинальная ротация кадров. Полярники набирали новую экспедицию, новую команду — научный и, что самое главное, обслуживающий персонал. Охотников торчать два контрактных года на Южном полюсе по нынешним неромантическим временам находилось не так уж много. Мещерский предложил этот вариант Лыкову: не слабо? И тот согласился. В полку полярников прибыло.

— Так сколько там длится полярная ночь? — переспросил Лыков.

— Полгода, — ответил Мещерский.

— А день?

— Тоже полгода. Тебя это не устраивает?

Лыков хмыкнул. Забрал папку с документами.

— Ну что, теперь на вокзал ехать, билеты до Питера брать, а там и на корабль, — он посмотрел на Мещерского. — Ты скажи ей, когда я уеду. Пожелай ей от меня счастья.

— Сам даже не позвонишь, не простишься? — спросил Мещерский. — Иван, ну как же так? Это же самый родной тебе человек, твоя сестра!

Лыков снова усмехнулся — как-то виновато.

— В том-то и беда, Сергун, что она моя сестра. Была б… Эх, ладно. Проехали. Забили.

— Я тебя все спросить хотел, да не решался, — Мещерский даже вспотел от волнения. — В ту ночь, когда мы этого гаденыша поймали, Вальку Журавлева, — ты ехал в Лесное. К ней, к Ане?

— Пьяный я был в дым. Вышел из бара, сел в тачку. Бах — смотрю, уже пилю куда-то на всех парах. Дорога сама ведет, стелется, стерва, — Лыков пожал плечами. — Может, и к ней я ехал, к Аньке, а может, и… Не хочу тебе врать, Сережа. Ненавижу врать тем, кого люблю. Одно скажу — то, что менты меня там, у деревни, тормознули, это к лучшему. Я бы вам там не помощник был в ваших ментовских хитрых делах, а наоборот. Ну что таращишься на меня так печально?

— Ничего. Так. Все утрясется. Я верю — все образуется. Удачи тебе, Иван.

— Где, среди пингвинов? — усмехнулся Лыков. Мещерский смотрел из окна офиса, как он садится в свой раздолбанный «Форд».

Гуд бай…

От Лесного, от которого за эти месяцы отслаивалось, отпочковывалось, отрывалось с мясом и кровью немало составляющих, отделилась еще одна частица — гуд бай…

Из всего происшедшего Катя решила извлечь для себя максимальную пользу. Как только расследование по убийствам было закончено, она тут же засела за масштабный репортаж для «Вестника Подмосковья».

Никита Колосов зашел в пресс-центр в конце рабочего дня. Катю он застал наедине с компьютером. Вид у нее был ужасно сосредоточенный и забавный — она писала. Пальцы так и прыгали по клавиатуре. На столе царил невообразимый хаос: дискеты, компакт-диски, блокноты, разноцветные листки-памятки, пачка фотоснимков.

— Ты мне звонила? — спросил Никита.

— Где тебя носило? — Катя не отрывалась от текста.

— В Пушкино выезжали. Там убийство — бытовуха банальная, ничего интересного для тебя. По пьянке один другого ножом пырнул. Пишешь? Много уже написала? Говорят — ты в отпуск собираешься?

— Да, — Катя с гордостью посмотрела куда-то мимо него — на календарь, где были красными кружками обведены последние дни декабря. — С Вадиком. К северным оленям, в Лапландию.

— А что твой Вадик — выпить не дурак?

— Почему это? — Катя нахмурила брови. — С чего ты это взял?

— Ну раз в Финляндию едете, да еще под Новый год. Там на это время у финнов сухой закон отменяется. Пьют все поголовно. И местные, и туристы. А потом в бане отмокают, детоксикацию проходят. Так что гляди в оба там за своим… Вадиком.

— Спасибо за совет, — Катя покачала головой: ну надо же, а? И это называется — товарищ, напарник, единственный и неповторимый Фокс Малдер для Даны Скалли! Нет чтобы пожелать счастливого пути, приятного отдыха — не дождешься ведь. — А ты где Новый год собираешься встречать?

Никита пожал плечами: а вам-то что? Раз уезжаете со своим драгоценным Вадиком, ну и уезжайте. Скатертью дорога.

— Так чего ты мне звонила? — спросил он.

— Видишь, я статью готовлю. Мне надо кое-что уточнить у тебя, — Катя решила про себя: говорить исключительно на профессиональные темы. Пользы больше будет. — Где сейчас Журавлева содержат?