Наконец, он отпустил меня, и повел к ближайшим стульям, притягивая меня к себе на колени и критически осматривая меня. Он коснулся отека на лице, ему пришлось отвернуться, не желая, чтобы я увидела, как его глаза наполнились слезами. Я взяла его руку, и он заметил бинты, пытаясь проглотить слезы, грозящие пролиться.

— Грей, — сказала я, поглаживая его по лицу. — Это нормально. Я в порядке.

Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. — Расскажи мне, — сказал он.

Я описала все, с того момента, когда я обнаружила Уинстона сидящим за столом, до самого приезда в больницу. Он снова закрыл глаза с болезненным содроганием, когда я рассказывала, как Уинстон приказал сыну убить меня.

Грейсон откинул мои волосы назад и поцеловал меня в лоб. — Черт, я должен был быть там.

Я прижалась плотнее к его груди. — Ты сейчас здесь.

— Но он жив?

— Да. Его травмы, даже пулевое ранение, были не слишком тяжелыми, — меня прошибла мысль. — Как ты думаешь, полиция появится?

Он хрипло и недолго посмеялся. — Вероятности бл* нет. Уе*ку пришлось бы объяснять нападение и покушение на похищение, — он замолчал. — Так твой отец, наконец, поступил правильно по отношению к тебе.

— Да, — сказала я спокойно. У Джона Тальбота, наконец, появилось нечто, напоминающее отцовскую совесть. Я вспомнила, как хладнокровно он сообщил Уинстону, что, если он посмеет двинуться, следующая пуля попадет не в руку. Я не сомневалась, мой отец это и имел в виду.

Я прижалась еще ближе к его груди. — Грей, я люблю тебя. Всем сердцем.

— Я тоже люблю тебя, Промиз, — он взял мое лицо в ладони и медленно поцеловал меня.

— Твою мать! — Орион закричал из холла. — Господи, Грей, ты был словно адская летучая мышь, — несколько сотрудников больницы посмотрели на него, сгорая от любопытства, пока он топал по коридору, словно Халк в кожанке.

Кира болталась у него на руке, и он крепко держал ее. — Не будь с*кой, — ругнулась она. — Это был тяжелый день.

Голубые глаза Ориона остановились на мне. Он нахмурился. — Ты выглядишь дерьмово, девочка. Ты в порядке?

Я кивнула, и Орион указал на Грея.

— Знаешь, с этим ослом не совладать. Из-за тебя он становится одержимым, — Орион помрачнел. — Как он?

Рэйчел появилась, потирая шею. — Сотрясение мозга и швы. Он в сознании, но они еще не позволяют нам увидеть его, — ее лицо озарилось внезапной и потрясающей улыбкой, и когда я увидела, куда она смотрела, я поняла, почему. Каспер обнял её, прижимая, то сильнее, то слабее.

— Детка, — сказала она, крепко обняв его за шею и закрыв глаза.

— Люблю тебя, кексик, — хрипло сказал Каспер.

В конце концов, подтянулись остальные Отступники, пока мы ждали возможности увидеть Тига. Брэндон сочувствующе погладил меня по голове, как будто я была раненым котенком, а потом побрел в поисках торгового автомата.

Мэддокс тяжело опустился в кресло напротив нас. Он уперся локтями в колени и пристально посмотрел на Грея. — Что ты будешь делать? — Спросил он с убийственной серьезностью.

Грей прижал меня ближе. — Мы поговорим об этом позже, — сказал он.

Я поняла, что они недоговаривают. Мэддокс дал Грею понять, что если есть планы покончить с Уинстоном навсегда, он был в игре.

Конечно, Орион настоял на том, чтобы, первым делом, увидеть Тига, который пришел в себя, но в настоящее время оставался на ночь для наблюдения. Он не задержался там надолго и коротко кивнул мне, когда вышел.

— Иди. Он попросил увидеться с тобой.

Грей сжал мое плечо и держал меня за руку, и мы пошли по пустующему коридору к палате, где в настоящее время находился Тиг.

Первое, что я заметила, когда мы зашли в палату, это то, каким маленьким он выглядел, лежа там, на обычной кровати в больничном халате. Лишенный своей кожанки и своей жесткой позы, он казался уязвимым.

Вторая вещь, которую я заметила, был проницательный блеск его темных глаз, когда он наблюдал за нами. Тиг не хотел жалости. Её и не будет.

Он подождал, пока мы подошли к нему, а затем заговорил непосредственно со мной.

— Я должен был суметь убить его, бл*.

— Это был удар сраного труса, — сказал Грей.

— Да, — согласился Тиг и коснулся своей головы там, где она была перевязана.

Осторожно я взяла его корявую и обветренную руку. — Спасибо, — сказала я тихо.

Я почти уверен, что он отмахнется от меня и скажет что-то умное, но он просто отвернулся и сказал: — Отвези ее домой, Грей.

Перед тем, как Грейсон увел меня, я наклонилась и поцеловала его в щеку. Кроме подозрительного блеска в глазах, Тиг внешне никак не отреагировал.

Грей крепко держал меня, и я была благодарна его поддержке. Теперь, когда с Тигом было выяснено, и персонал больницы разглядывал относительно пеструю коллекцию байкеров с усиленным подозрением, мы начали рассасываться. Я решила ехать домой с Греем, на его мотоцикле.