– Кван-ти? – почти беззвучно спросил он, понимая, что такого быть не может.

– Если тебе так угодно, мой маленький принц.

В ее ответе было нечто большее, чем желание развеселить больного. Он не мог понять, почему женщина Небесной Империи Шан называет его в соответствии с титулом, пусть и шутливо.

Его хриплый, долго молчавший голос привлек внимание друзей. Льинг первой подбежала к кровати, за ней – Хмиши, оба полные удивления и радости. Теперь было не до размышлений.

– Льешо!

– Ты наконец-то проснулся!

– Я думала, ты будешь спать вечно!

Льешо улыбнулся, опьяненный туманным приятным ощущением, пришедшим на смену лихорадке. Превозмогая боль от движения, он оценил потери, которые претерпело его тело.

– Посторонитесь, чтобы он мог лучше дышать, – попросила целительница. – Не волнуйте его: он еще слаб.

Два старых друга отошли на пару шагов. Каду не было видно в домике.

– А где Каду?

– Она боялась, что мы окажемся здесь, как в ловушке, – неуверенно сказала Льинг, – если господин Ю пошлет за нами еще одну команду. Поэтому решила прочесать местность вчера поздней ночью.

– Когда я сегодня утром повел лошадей пастись, мне показалось, я видел вдалеке драконов – двух. Они летели слишком высоко, чтобы я наверняка мог их разглядеть. Мара говорит, что Каду в безопасности, потому что местные драконы не ели людей на протяжении нескольких поколений.

Льинг и Хмиши дружески переглянулись. Они не хотели думать о том, что могло случиться с Каду в лесу, когда в небе летают драконы, а на земле рыскают вражеские солдаты. Только целительница была внешне спокойной.

– Меня зовут Мара. Я представилась бы при первой встрече, но тебе нужен был вместо меня кто-то другой, и я решила не мешать твоему выздоровлению такой мелочью, как имя.

Она непринужденно села на трехногий стул около его кровати и подтолкнула ко рту чашку.

– Пей же, – сказала она.

Однако Льешо отстранил чашку.

– Каду, – произнес он.

– С ней все будет в порядке. Она умная девушка и знает много приемов. Не беспокойся.

Мара снова протянула чашку, более настойчиво, и на этот раз Льешо отпил, как ему было велено.

Юноша ожидал, что зелье будет горьким и с запахом йода: такими были все лекарства Кван-ти на Жемчужном острове, однако это оказалось сладким и пахло съедобными цветами. Если он начинал пить слишком быстро, Мара забирала у него чашку:

– Не спеши, мой принц, твой организм отвык от пищи.

Льешо кивнул в знак понимания – он уже был готов пить еще и еще. Когда она вновь поднесла чашку, он громко булькнул, пытаясь проглотить как можно больше, пока целительница не забрала ее снова. Его детская хитрость рассмешила Мару.

– Однозначно идешь на поправку, – сделала вывод она. – Тебя уже можно оставить на попечении друзей на несколько часов. У меня есть больные в деревне, которым я сейчас нужна.

– Что от нас потребуется? – спросила Льинг, встряв между целительницей и кроватью Льешо.

Мара дала ей чашку.

– Заставь его выпить как можно больше, сначала медленно, затем пусть сам выберет темп. Если я не вернусь к вечеру, дай ему вареную птицу из ледника.

Хозяйка встала, Хмиши подобрался поближе, чтобы послушать ее наказы.

– Он должен проспать почти весь день, однако если ему не захочется лежать, подоприте его подушками – не давайте Льешо сидеть без них. Когда понадобится справить нужду, подайте этот кувшин. Ему нельзя вставать, пока я не разрешу Если он не будет вести себя осторожно, то может порвать заживающую плоть.

Она улыбнулась, чтобы смягчить свои слова. Убедившись, что ее рекомендации произвели должный эффект, сняла фартук и повесила его на крючок, затем надела чепец и завязала ленточки. Снимая с вешалки пятнисто-зеленый плащ, Мара дала последний наказ:

– Не болтайте слишком много. Вы утомите его. Помните, что рецидив всегда трудней лечить, чем первую лихорадку.

С этими словами она открыла дверь и вышла, аккуратно закрыв ее за собой.

Когда целительница ушла, Льинг скрылась из поля зрения Льешо, и юноша услышал топот по ступенькам, которых не мог видеть, и шаги над головой. Вскоре Льинг вернулась с огромным валиком, набитым гусиными перьями. Хмиши приподнял Льешо, чтобы она подсунула опору под плечи. Усадив друга поудобней, они устроились на полу около кровати, скрестив ноги. Так они могли разговаривать с ним, не глядя вниз, и Льешо не надо было вытягивать шею.

Он знал, что друзья ждут от него вопросов, но прежде чем перейти к разговору, глубоко вздохнул и окинул взглядом комнату. Дом оказался маленьким, но удобным. Льешо выкинул из головы чердак, который все равно не мог исследовать в нынешнем состоянии. К тому же наверху вряд ли ожидает опасность, раз уж Льинг так смело там сновала. Внизу же была одна чистая комната с единственной дверью и большим окном с открытыми ставнями. Сидя, он видел почти ее всю. Стол со стульями и камин занимали правый угол. К стене были прибиты полки. Устланная травой кровать, на которой он лежал, находилась у двери вместе с трехногим стулом. Через окно падали лучи солнца, вырисовывая на полу силуэты сосновых ветвей.