– Очередной урок?

– Ты должна была сразу же включиться в разговор и поддерживать заданный мною тон беседы, как и Лиса, а не сверкать глазами от злости, выставив на всеобщее обозрение растерянность и непонимание. Да что с тобой? Или с тех пор, как ты начала обниматься с мужиками, у тебя весь разум испарился?

Ален был зол, не считал нужным выбирать выражения и бил наотмашь по всем известным ему болевым точкам.

– Это жестоко, – заметила я. – Не думала, что мне и здесь нужно носить маску. Всегда считала, что могу быть откровенной и естественной в собственном доме.

– Все верно, – уже мягче сказал Ален. – Не обижайся на меня, Рыжик, но ситуация, в которой мы все оказались, гораздо серьезнее, чем представляется тебе. Ты полна азарта, у тебя грандиозные планы, но ты не осознаешь, что малейший промах – и проиграем мы все. Ты готова стать причиной нашего провала, пустить под откос все то, ради чего старалась последние семь лет?

– Нет… – Я опустила голову, ибо стало стыдно. – И все равно я не понимаю смысла сегодняшнего урока.

– Все просто, Рыжик. Через три недели весенний бал, на который мы официально приглашены и, следовательно, обязаны явиться. Папаша Сефера жаждет нас видеть до того, как наступит праздник весны, и согласно твоему желанию я принял его приглашение, хотя до сих пор не получил объяснений по этому поводу. Но, – брат поднял указательный палец, – я пошел у тебя на поводу и готов подождать, пока ты созреешь, чтобы сделать признание. Я согласился, чтобы ты удовлетворила свое желание отомстить ройгарцу, и дал слово, но, Лер, это становится слишком опасным, а ты – не готова.

– Я готова! – возмутилась и повысила голос я. – Не надо меня недооценивать.

– Я говорю лишь о том, что вижу. А ты понимаешь, что как только мы нанесем визит Сеферам и я отправлю наместнику письменное согласие и благодарность за приглашение, то к нам тут же будет приковано внимание всей антарийской аристократии? Я умею владеть собой, а ты? Каждое твое слово, жест, фасон платья, прическа будут пристально рассматриваться, как через лупу. Тебя будут обсуждать, строить домыслы, видеть несуществующее и приписывать немыслимое. Ты готова выдержать такую атаку, если сейчас, в домашней обстановке, среди тех, кто бесконечно любит тебя, все равно не можешь сдержать внутренние порывы, обижаешься на ровном месте и совершаешь ошибки? Нам придется отправиться ко двору и пережить все это, а вся твоя идея с Сефером… Лер, повторюсь, ты недооцениваешь противника, думаешь, что он слаб и ты обойдешь его во всем, а он только начал действовать в полную силу. Посмотри, что творится в городе: облавы, досмотры, причем он не делает разницы между сословиями, и все лишь потому, что ты выскользнула у него из рук и уязвила его самолюбие. Хотя мало кто знает истинную причину происходящего. Для всех остальных обоснование совсем иное. А что будет, когда он проведет параллели между случайно встреченной и понравившейся девушкой и тобой? Если он сопоставит Селену и Элеру? Я боюсь даже думать об этом! Сейчас ты защищена не только гением Тимара, но и магией Карризи. А галгарец весьма откровенно демонстрирует нам свой интерес, о чем свидетельствуют знаки его внимания. Я специально приказал относить его дары в одну комнату, чтобы ты почувствовала масштаб проблемы. И пойми, Лер, это все результат двух встреч и одного поцелуя. А что будет дальше? С одной стороны, антарийская знать с наместником во главе, с другой – Сеферы, с третьей – Карризи. Тебе не кажется, что сейчас не время привлекать к себе лишнее внимание? Рыжик, я спрошу еще раз: ты все еще хочешь начать свою игру, зная, что на одной чаше весов всего лишь уязвленное самолюбие, а на другой – опасность потерять все, что тебе дорого?

Я сидела и молчала. О богиня, Ален во всем прав. Каждое его слово пропитано разумом, логикой и вполне понятными опасениями. Он беспристрастно предупреждает меня обо всем, что мне предстоит, и хочет услышать честный ответ. Вот только он не знает, что в руках Сефера находится средство для его спасения, которое поможет ему вернуться в нормальную жизнь. Каково мне видеть брата в инвалидном кресле, слышать его рассуждения и понимать, что столь грандиозный ум заперт в ловушке искалеченного тела? А я не могу рассказать ему про лунный камень, потому что, если ничего не получится, пусть это будет только моим провалом. Если бы дело было только в обиде, нанесенной мне, то, возможно, я бы отступилась, но Ален… Ради кого мне рисковать? Он единственный, кто остался… Так что возможность видеть его здоровым и, я уверена, счастливым стоит любых опасностей.

– Когда-нибудь я расскажу тебе все, ради чего приняла решение рискнуть, и, возможно, ты опять отругаешь меня, как бывало не раз. Но, Ален, я хочу эту игру. Я не стану уверять тебя, что все будет хорошо, ибо понимаю, что это не так. Ален, я богиней клянусь, что постараюсь быть сверхосторожной и аккуратной.

– Хорошо, – немного помедлив, качнул головой брат, – будь по-твоему. Это сложно, но кто не рискует… Только, Лер, это будет твоя последняя авантюра, ибо после того как мы вернемся ко двору, не получится совмещать в себе две личности. Селена должна будет уйти навсегда. Так что на решение проблемы с Сефером у тебя три недели.

– Я согласна.

– Какие все серьезные, – подала голос Лисичка, откинув в сторону образ вежливой аристократки. – Ребят, расслабьтесь немного. Все серьезно, никто не спорит, но не забывайте, боги любят смелых. За Сел есть кому присмотреть, а я так вообще ни на шаг не отойду. У нас в команде имеется Тим, которому нет равных в магии, и Брайс. Вместе мы – сила и готовы ради друг друга на все. Мы семья, и так будет всегда. А теперь давайте уже поедим. Я чувствую запах великолепно приготовленного мяса, и с каждым мгновением он все ближе. А к разговорам вернемся за десертом.

– Согласен, – улыбнулся Ален. – Кстати, если вдруг вы решите посекретничать наедине, я навесил на комнату Леры защиту от прослушки. Достаточно будет только закрыть дверь на два с половиной оборота ключа. Чтобы снять – просто откроешь дверь.

– Ой, нам это пригодится, – удовлетворенно заметила Лиса. – У нас так много секретов, не предназначенных для посторонних ушей, особенно мужских.

– Я так и понял, – рассмеялся брат. – А теперь давайте все-таки отдадим должное обеду, тем более что Ани стоит за дверью и ждет, пока я ее впущу. – Ален махнул рукой, убирая защиту и открывая двери.

Там действительно стояла служанка с блюдом, накрытым крышкой. Мы с Лисой синхронно принюхались к потрясающему аромату мяса со специями. И сразу появился пропавший было аппетит, а все остальное отошло на второй план.

Не раз и не два во время обеда я смотрела на Лисичку и удивлялась. Никак не ожидала, что смешливая рыжая мошенница, к которой я привыкла, умеет себя вести как настоящая леди. Но все говорило о том, что Лиса прекрасно знакома с искусством перевоплощения, надевает новую маску с невероятной легкостью и снимает ее тогда, когда посчитает нужным. Если бы я не знала ее настоящую, не прошла вместе с ней через выпавшие нам в свое время испытания, то больше чем уверена, никогда бы не стала общаться с этой кокетливой и слегка высокомерной девицей, которую она мне показала.