Однако женщину Арвин, судя по всему, не интересовал. Бросив на него мимолетный взгляд, она больше не обращала на него внимания. Очевидно, юань-ти искала кого-то другого.

Второй всполох желтого привлек внимание мужчины к дверям – Ноулг. Он был невысок, темноволос, над носом-картошкой вырисовывалась полоса сросшихся бровей. Лицо вора озаряла широкая усмешка. Одной рукой он обнимал за талию проститутку, которая соблазнительно льнула к его боку. Свободной рукой Ноулг потер сначала внутренний уголок правого глаза, затем внешний – знак, что он кого-то ищет. Это была ненужная формальность, потому как они с Арвином знали друг друга долгие годы. Всё же молодой мужчина подал ответный сигнал. Поставив локоть на стол, он подпер кулаком подбородок и отогнул мизинец, проведя им по губам.

Я – тот, кто тебе нужен.

Ноулг протиснулся сквозь толпу, таща шлюху следом. Он ухватил свободный стул за соседним столом, подтянул его и плюхнулся сверху, усадив женщину себе на колено. Устроившись поудобнее, вор махнул, чтоб подали две кружки эля – одну для себя, вторую для Арвина. Ноулг настоял, чтоб молодой человек выпил с ним. Проститутка нетерпеливо оглядывалась по сторонам, стремясь быстрей закончить с Ноулгом и двигаться на поиски нового клиента.

Несмотря на постоянно хмурый взгляд из-под косматых бровей, Ноулг был приятным и щедрым малым с беспечной улыбкой на лице. Они познакомились еще мальчишками в приюте, когда Арвин жил там первый год. Ноулг поделился с новичком едой, после того как некий крепыш «случайно» выбил у того из рук поднос. Он был единственным, кто предложил Арвину дружбу, не попросив ничего взамен. Между мальчишками быстро завязалась крепкая дружба, которую они скрепили, переплетя мизинцы наподобие змеиной четы.

Год спустя Ноулг сбежал из приюта и так и не был пойман. Его успех в течение последующих лет служил для Арвина вдохновением, хотя юноше и было любопытно, что стало с его другом. Ответ на этот вопрос он получил после собственного побега. Это было нелепо, но оба молодых человека оказались в рядах организации, в которой царили еще более жесткие порядки, нежели в приюте. Однако Ноулг, казалось, не замечал темных сторон Гильдии. Для него это была игра, приключение. Для Арвина же Гильдия была веревкой на запястье, привязывавшей его к Хлондету, как раба к хозяину.

Пронзительный смех проститутки отвлек молодого человека от размышлений. Взглянув на женщину, он сделал вывод, что вор из неё вышел бы похлеще, чем Ноулг. Она была симпатична, с трепещущими ресницами и длинными темными волосами, обрамляющими молочно-белое лицо, но в холодных искорках её глаз было нечто такое, что ясно давало понять: эта дама может за себя постоять. Арвину она сразу не понравилась – возможно, виной тому был исходящий от нее тонкий аромат, который напомнил мужчине запах испорченного мяса. Впрочем, он мог исходить и от Нолуга, который рассеяно почесывал затылок, выставив на всеобщее обозрение пятно пота на подмышке.

– Ну как, готово? – спросил вор, не обращая внимания на шлюху, которая тёрлась носом о его ухо.

Арвин сунул руку в нагрудный карман рубашки и достал небольшой кожаный мешочек, горловина которого была зашита мелкими плотными стежками. Прикрывая ладонью, молодой человек подвинул его к другу, оставив возле кружки Ноулга.

Тот ткнул мешочек пальцем и заметил, как его стенка оттопырилась, когда дернулась лежавшая внутри бечевка.

– Нужно произнести какую-нибудь команду?

Арвин покачал головой.

– Просто разрежь шов и сунь мешочек в карман. С остальной работой она справится сама.

Проститутка что-то шепнула Ноулгу на ухо. Тот рассмеялся и покачал головой.

– Будь терпелива, женщина. Скоро мы сможем уединиться, – и, обращаясь к Арвину, добавил, – Отлично. Твои деньги у посредника. Заберешь, когда захочешь. Уверен, товар будет работать, как ты и говоришь.

– Когда ты собираешься… воспользоваться им?

– Сегодня вечером, – улыбка Ноулга стала шире, он подмигнул проститутке. – Поздним вечером.

Он поднял кружку и отсалютовал другу. Судя по размашистым движениям, эта кружка была сегодня далеко не первой.

Арвин кивнул. Он мог предположить, для чего нужна веревка – лоза-убийца обычно использовалась как удавка – но, возможно, Ноулг задумал что-то другое. Быть может, он намеревался связать кому-то руки.

Губы молодого человека изогнулись в усмешке, и он скрыл щекотливую ситуацию шуткой.

– Только убедись, что удовольствие не помешает делу.

Ноулг рассмеялся.

– Праздные руки влекут веселье, – хмыкнул он.

– Ты имеешь в виду «озорные», – улыбнулся Арвин, вспоминая фразу, которую вбивали в них в приюте; затем, цыкнул, добавив: – Брат Поуви разрыдался бы.

– Точно, – сказал Ноулг, внезапно сделав серьезный тон. – Так и было бы, – сделав паузу, он добавил, – Мы сможем поговорить позже?

– Хотелось бы, – кивнул Арвин.

Вор снял женщину с колен и встал, пряча мешочек в карман штанов. Проститутка пошатнулась, словно была сильно пьяна, но молодой человек заметил быстрый взгляд, который она бросила на карман, куда его друг положил волшебную веревку. Если женщина была вором, как и подозревал Арвин, она могла бы стащить мешочек одним быстрым движением, особенно если бы Ноулг… отвлекся.