— Все в порядке, как всегда, — ответил смущающийся парень.

Эдуард, закурив, вышел из комнаты.

Анна заволновалась:

«Значит, Эдуард не уверен во мне. Все было хорошо, пока не возник Генрих. Что будет теперь?»

— Занимаешься верховой ездой? — спросила она в надежде, что Генрих, скоро уйдет к лошадям.

— Да, — сказал молодой человек, улыбаясь.

По телу Анны пробежала дрожь.

«Он действительно очень обаятельный. Есть к кому ревновать».

— Там стоят два коня, готовые к прогулке. Может, пойдем покатаемся? — спросил он.

Анна удивилась такому предложению, немного смутилась, но потом, посмотрев на Генриха и его сияющую улыбку, подумала: «А почему бы и нет?»

— Давай пригласим еще Эдуарда!

— Хорошо, — согласился он. — Давай.

Анна позвала Эдуарда, но тот не откликнулся. Она обошла комнаты первого этажа, но ни Луиджи, ни Эдуарда не было. Они с Генрихом вышли на улицу. Ни в саду, ни на берегу моря их не нашли.

— Придется ехать вдвоем. Ты не против? — спросил молодой человек.

— Нет.

«Ну что в этом такого, если я поеду с Генрихом. В конце концов между нами ничего нет».

Они оседлали коней и поскакали на беговые дорожки.

Анне всегда было легко с этим парнем. Он шутил, развлекая ее смешными историями, которые, якобы, происходили в его жизни. Женщина смеялась, чувствовала себя совершенно раскованно.

«Что за чудо этот Генрих. Неунывающий оптимист! Вот у кого надо учиться любить жизнь».

Они успели побывать в лесу, поиграть в прятки между деревьями прямо на конях. К вечеру вернулись на виллу.

Эдуарда было не узнать. Он молчал весь вечер.

— Эдуард! Скажи что-нибудь, — просила женщина.

— А ты еще не наговорилась?

— Что за ответ? Ты никогда так со мной не разговаривал!

Он ничего не ответил.

— Завтра я уезжаю, — сказал Генрих, искоса поглядывая на Эдуарда. — Вы не забывайте обо мне. Звоните.

— Хорошо, — вежливо сказала Анна.

Эдуарда при этом передернуло.

Луиджи изо всех сил старался, чтобы все было тихо и спокойно. Он хвалил Эдуарда, особенно его последние работы, но мысли художника были направлены в другую сторону. Он ухаживал за Анной, но делал это, как никогда, сухо и молчаливо.

Она совсем расстроилась.

«Все было так хорошо! Зачем мы приехали сюда? Эдуард волнуется и ревнует, а я? Как мне стыдно! Хоть я не была в этом виновата».

— Эдуард, посмотри на меня, — попросила Анна.

Он поднял на нее глаза и тут же опустил.

— Я устал, — выдавил он. — Пойду отдыхать.

Анна ничего не успела ответить, как он уже вышел из гостиной.

Она пожелала спокойной ночи Луиджи и Генриху и пошла следом за своим любимым.

В зеркальной спальне царила тишина. Тучи поглотили все небо. Ночь не была ясной.

Эдуард лежал на животе и делал вид, что спит. Анна провела рукой по его обнаженной спине.

— Эдуард, — тихо позвала она.

Мужчина не реагировал.

Анна прикоснулась к его спине обнаженной грудью.

— Ты что-нибудь чувствуешь?

Он повернул к ней голову:

— Я сплю.

— Это не так.

Анна легла на бок и поцеловала Эдуарда в губы.

— Ты говорил, что ночью русалки выходят на берег, чтобы провести время со своими возлюбленными, — она нежно гладила его по голове, накручивая на палец кудрявые волосы. — Я пришла!

Он перевернулся на спину и, открыв глаза, задумчиво глядел в зеркальный потолок.

— Ну, Эдуард, посмотри на меня.

— Я смотрю, — сказал он, не отрывая взгляда от отражения на потолке.

— И что ты видишь?

— Что русалка вышла на берег.

Анна вздохнула и отвернулась.

«Как одна легкомысленная сцена может все испортить!

Почему я не отобрала у Генриха кассету? Никогда себе этого не прощу! Эта спальня, с которой так много связано, вдруг стала холодной и чужой, Ну, что я должна сделать, чтобы он простил меня?»

Анна забылась сном.