Шрифт:
Странно, что бывший помощник мэра вдруг неожиданно вышел на связь. Тем более в такое время. Конечно, ранее майор не особо общался с этим типом – только исключительно по делу, когда Виталию нужны были услуги молодчиков Глеба по запугиванию неугодных. А тут вот вновь появился, и Рыбину было очень любопытно, какое предложение озвучит Москвин.
«Не на плюшки же с вареньем он пожаловал!» – снова пронеслось в голове.
Глеб вышел во двор и как раз застал своих парней в курилке.
– Говорят, на рынке теперь и мужиков скупают… – поделился мыслью Юрка Иванюк, забравшийся с ногами на лавку и примостивший пятую точку аккурат на спинку.
– Чё, для голубых тоже бордели открывают? – заржали остальные.
– У кого что болит… Поговаривают, их в Донбасс отправляют – уголь добывать… Так что теперь нужно ориентироваться… хе-хе… на запросы рынка.
– Чего расселись? Работы нет? – гаркнул Рыбин, подходя к курилке.
– Да мы это… на перекур.
– Иванюк, где этот… Москвин?
– Да он там, на проходной, в машине с какой-то телкой.
– Ого… ну-ну, – усмехнулся своим мыслям Рыбин. – Ну пойдем глянем.
Глеб не спеша, размеренной походкой направился к КПП, на котором нес вахту один из бойцов, а Юрка припустил следом.
– Он не говорил, чего хочет? – не оборачиваясь, спросил Рыбин.
– Нет, сказал только, что с тобой будет говорить, – поравнялся с начальником Иванюк, которому приходилось делать несколько коротких шажков за то время, в которое Глеб делал один размашистый.
– А как он узнал, где нас искать? – резко остановился майор.
Юрка по инерции пролетел еще на два шага вперед, потом притормозил и развернулся к Глебу:
– Так он у Толи Большого приютился…
– Понятно… – Глеб снова двинулся в сторону КПП.
Анатолий Большаков по кличке Большой тоже был старым знакомым бывшего начальника уголовного розыска. Его бизнес, завязанный на автомобильных кражах, крышевал в свое время Рыбин, за существенную мзду предупреждая о рейдах или разруливая неприятные ситуации.
– Ну и где этот доходяга?
Юрка кивнул в сторону когда-то серебристого, а теперь грязно-пыльного «лексуса» с помятым капотом и множеством царапин, который так нелепо смотрелся в современном мире, в котором на таком автомобиле предпочел бы кататься разве что идиот. Все умные выбирали теперь другие машины – внедорожники, джипы, отечественные «Нивы» и уазики…
Заметив появившегося на КПП Рыбина, Москвин суетливо выскочил из машины, громко хлопнул дверью и чуть ли не на полусогнутых подбежал к тому семенящими шажками. Глеб презрительно скривился, заметив такое неприкрытое подобострастие – значит, о чем-то будет просить.
– Глеб Николаевич! Рад вас видеть! – попытался было Москвин обнять неподвижно стоявшего на КПП майора, но тот отстранился, давая понять, что подобные приветствия не для него.
– Виталик… – Глеб выдал свою фирменную ухмылку, от которой его собеседники частенько впадали в ступор, пытаясь понять, что же он хотел этим показать. – Какого черта?
– Глеб Николаевич, у меня к вам есть одно дельце… – Экс-помощник городского «гауляйтера» [24] несколько раз нервно глянул в сторону оставленного у тротуара авто.
24
Здесь – мэр города. Жители, «любя», называют его так за то, что данный пост не выборный, мэров назначает Киев, и не всегда эти руководители искренне заботятся о городе и его жителях, желая побольше нахапать и набить свои карманы.
– Что, у Толи Большого тачки получше не нашлось?
Москвин не понял подоплеки вопроса и просто его проигнорировал, опять оглянувшись на машину. Передняя дверца резко распахнулась, из нее грациозно выпорхнула длинноногая девушка и прищурилась от яркого солнца, слепящего глаза.
– Вита-а-алик, ну где ты там? – жеманно затянула девица, недовольная тем фактом, что ее одну бросили в машине.
Рыбин с нескрываемым интересом осмотрел девчонку с ног до головы.
Красивая.
– Катя, иди в машину! – нервно замахал рукой Виталий, пытаясь загнать девчонку обратно.
– Ну почему же… Кто такая? – кивнул в сторону девушки Глеб.
– Да так… знакомая, – неопределенно ответил Москвин, которому не понравилось, что разговор начал закручиваться вокруг Катерины, так некстати вылезшей из автомобиля вопреки приказу самого Виталия.
Девушка некоторое время попереминалась с ноги на ногу, но потом приняла решение – громко хлопнула дверью и продефилировала к стоящим мужчинам. Подойдя к Москвину, она по-хозяйски положила руку ему на плечо и уставилась на второго мужчину нескромным изучающим взглядом.