— Кто? — оживился Федор, кошка тоже приподнялась на лапах, а Самойлов понял, что сморозил лишнее.

— Да так, новенькая одна.

— Стоп-стоп. На работе я всех новеньких знаю, ты сам мне их фотки присылаешь прежде, чем взять на фирму.

— Я не говорил, что она с работы, — выкручивался Константин, — так познакомились на днях. Думаю, у нас все серьезно, поэтому и не рассказывал тебе пока. Она та единственная, которую я всегда хочу видеть рядом с собой.

Сон у Ягодки, как лапой сняло, вырвалась лишь легкая отрыжка, она подсела поближе и почти в упор всматривалась в глаза Кости.

— Вот это да! По такому случаю у меня тост, — Жбанов шустро разлил по рюмашкам коньяк. — За Василису! И имя-то у нее какое старорусское, сказочное, прям.

Друзья звонко чокнулись и опрокинули рюмки. Благородный напиток уже почти целиком проник через горло в желудок Федора, как внезапно расширил глазки и поперхнулся.

— А не та ли это девица, за которой ты гонялся по лесу и, которая потом тебя типа вывела? — откашливаясь, спросил Федор, покраснев в лице.

— Да ну тебя! — отмахнулся Самойлов от друга, не зная, что ответить.

«Это ж надо так проколоться!» — Константин мысленно бросался под каток, но внешне сделал вид, что его интересуют новости, и он включил телевизор. На экране показывали репортаж с места события, где уже несколько часов огромная территория была охвачена пожаром. На борьбу со стихией были отправлены десятки пожарных машин и вертолетов. Самойлов не вслушивался в слова ведущего, перед его взором стояла Лесовка, все остальное его мало волновало.

— Повезло же тебе, наверное, в рубашке родился, — проговорил Жбанов, прислушиваясь к новостям.

— Что? — отвлекся от своих мыслей Константин. — Почему повезло?

— Так, этот пожар как раз полыхает там, где ты блуждал.

Лесовка

Расставшись с ивашкой, я пошла к Чертогу самой длинной дорогой, по пути размышляя, как такое могло случиться? Я влюбилась в того с кем мне не суждено быть вместе.

Слезы ливнем катились из глаз, сквозь них еле различалась тропа, все сливалось в одно зеленое пятно.

— Вась, ты плачешь? — увязался за мной Остап.

— Нет, хохочу! — сердито бросила я осиннику, и тот благоразумно пошел своей тропой.

Жизнь час назад казалась такой счастливой и прекрасной, и вдруг все оборвалось, стоило только расстаться с Константином. Внутри было пусто, словно из меня высосали всю магию. Слезы еще больше хлынули из глаз. Я теперь долго не смогу смеяться и улыбаться. Очень долго.

Будущее. Что ждет меня впереди? По тону отца ясно, что ничего хорошего.

Долго ходила по своей родной вотчине, возможно, я ее больше никогда не увижу. Неизвестность и неизбежность наказания страшили не хуже кикиморы болотной.

В раздумьях, я не сразу почуяла рядом чужого. Скорее всего, он давно шел рядом, тихо и ненавязчиво. Сердце кольнуло в предчувствии беды.

— Выходи? — строго приказала я.

— Не пугайся, лесная дива! Это всего лишь я, твой будущий супруг.

Из кустов орешника вышел Тоф, стоило сразу догадаться, по запаху. Только о чем он толкует?

— Тоф, не зарывайся! — предупредила я. — Меня сейчас лучше не злить.

— О! Так Хозяин не сообщил тебе еще отличную новость о нашей завтрашней помолвке? — притворно удивился болотник. — Жду не дождусь, уж нам и спаленку общую сладили.

Сказал, как зарезал! Хотя лучше бы нож в спину, чем жизнь с болотной тварью.

Болотник подошел вплотную, намереваясь обнять меня за талию. Я юркнула за ближайшее дерево, подальше от грязных, вонючих лап. По телу катались тысячи колючих ежей, воздуха не хватало.

— О чем ты говоришь, черная твоя душонка? Я ни на что не соглашалась, уж тем более скоро.

— А чего тянуть из рыбы жабры? Завтра переедешь ко мне и поженимся, свадьба — дело решенное. А коли взбрыкнуть вздумаешь, пойдешь ко мне во чертогские девки. Ну, да я не угрожать пришел. Хотел лишь грусть твою развеять. Ты ж поди за Кость-Ю переживаешь, — болотник специально сделал акцент на дорогом мне имени, разозлив меня на полную катушку.

— Не смей осквернять гнусными речами его имя! — бросила я и умчалась прочь.