— Да очень уж все отсоветывают, — ответил я. Хулиганить, так хулиганить.

— Правда? — удивилась Алина, — Странно. Они такие нелепые, что и отговаривать странно. Но если так случилось, то обязательно надо, чтобы потом не колебаться и не размышлять «а вдруг в этом что-то есть…» Ну, так, что, Алеша, готов?

— К чему? — удивился я, — Конечно, готов. Как юный пионер…

Вместо ответа Алина создала экран в воздухе, где появилась подтянутая худощавая тетка непонятных лет, с длинными глазами и ушами, выдающими принадлежность к модели алеф, или, говоря проще, к эльфам. Тетка подняла глаза, удивленно посмотрела в окно, и почти надменно, с видом оторванной от несказанно важного дела, сказала:

— Ваше Величество г'Аладриель?

— Айниэль! — Алина отвесила незнакомке легкий кивок, в лучших традициях королевских домов, отражающий что-то вроде очень благожелательного отношения высшего к низшему, как и правда могла бы приветствовать высокопоставленного вельможу королева, — У нас тут молодое пополнение, позвольте представить вам, г'Алексель. Ему было бы интересно узнать, чем занимаются социальные инженеры. Вы не могли бы встретиться с ним и рассказать вкратце вашу платформу и основные идеи?

Тетка вдумчиво взглянула в сторону, будто сверяясь с чем-то, и важно заявила:

— Конечно, нет проблем. Завтра, в 13:00 подойдет? У меня как раз дырка в расписании, охотно пообщаюсь. Аудитория 501, лаборатория социального инжиниринга. Расценки за консультацию как обычно — золотой доллар за час.

— Замечательно, — Алина просто растаяла в задушевной улыбке, — Договорились.

Выдав самый высокомерный поклон, который я видел в своей жизни, Алина отключила канал.

— Ну, вот, Алеша, договорились, — жизнерадостно сказала она, — Завтра с Алисой встретишься.

— «Ваше величестово»? «Галадриэль»? — иронично спросил я.

— Алеша, я ж тебе обьясняла, у меня официальное имя так звучит. Ну, что тут поделать? А Алиса это чересчур серьезно воспринимает, тем более, что она сама алеф. Алеш, будь снисходительней! У Алисы такая тяжелая юность была, конечно, у нее полна голова тараканов. Ну, подыграй чуть, жалко, что ли? Да, а вот это — оплата за «консультацию». Алиса полагает, что любой пук должен оплачиваться.

С этими словами Алина вынула из воздуха монету и вручила ее мне. Монета оказалась из тяжелого желтого металла, очевидно, золота. Одна сторона содержала знак доллара с цифрой «1» и надписями по периметру «Обеспечена золотом, содержащимся в данной монете. Необязательна к приему во всех странах мира.» Реверс изображал дерево в чистом поле, с очевидно золотыми монетами, свисающими с его веток на манер зреющих фруктов. Надпись по периметру гласила «Ayn Rand. 1905–1982. Объективизм. Свободный рынок. Золотой стандарт.»

— Это, что, издевательство? — поинтересовался я.

— Алисе нравится, — невозмутимо откликнулась Аля, — А что еще надо?

— Ну, если нравится… — не выдержав, заржал я, — Но я себе еще такую же сделаю. Просто на память. А поле на реверсе, конечно же, чудес и в стране дураков?

— Ну, необязательно так грубо, Алеша, — возразила Аля, — Даже если и понятно, что нигде больше деньги на деревьях не растут.

— Ладно, понял, — согласился я, — Завтра, 13:00, их лаборатория, аудитория 501. Алин, ты знаешь, что я тебя обожаю?

— Знаю, — спокойно подтвердила Аля.

— Лех, так ты готов? — раздался голос Михи с потолка. Аргх-х-х-х!!!

— И ценю, — Алина подошла вплотную, прижалась ко мне и поцеловала в губы, — Занимайся делами, Алеша, а об остальном — потом поговорим, хорошо?

И ушла в свою спальню. Вот так вот. Назвать это стервой… ну… как никак не назвать. Минуту я хватал воздух, потом собрался с силами и откликнулся:

— Конечно, готов. Куда, когда?

— Сбрасываю координаты, — откликнулся Миха, — И не погружайся сам, просто отдели поток сознания. Там полсуток миссия — долго. И не надо так сопеть, я вас что, с Алиной невовремя застал?

— Если бы, — проворчал я.

— А-а-а! — отозвался Миха, — Ну, смотри, предложение насчет Стеллочки я не отменял…

— Переживу!

— Верный какой… Ты вообще, в курсе, что ваши с Алиной страсти уже почти как мыльная опера идут?

— Это как?

— Как, как? — удивился Миха, — Богов не так много, весь пантеон — как очень большая деревня, все обо всех знают. Особенно учитывая наличие многочисленных специальных возможностей. Ну, в спальни не заглядываем, хотя и то из вежливости — ничего сложного нет. А событий интересных мало. В общем, народ просто оторваться не может, все ждут, когда ты ее трахнешь.

— Ты ж вроде только что отказывался обсуждать этот вопос?

— Не я, а Йогита, и не этот вопрос, а как научная тема Алины со вашим романом связана. А насчет чем это закончится, тут и к бабке ходить не надо.

— Вообще-то профессор говорил…

— Профессор у нас зритель вдумчивый и смакующий повороты сюжета. А я из тех, кому нужно чтобы все побыстрее перетрахались, переженились, и перестали морочить голову. К слову, если после всех этих бразильских страстей у Алины останется хоть одна неиспользованная дырка — я как телезритель буду сильно разочарован, так что не подведи!