— Это вы так говорите!

— В самом деле? Мы и правда всегда так вовремя спасали твою задницу, что ты даже не почуствовала опасности? Вспомни, неужто ни разу, когда демон захватывал твой мир тебе не было страшно?

Если честно, удар был наугад. Я легко мог предположить, что такие зубры как профессор и Миха и правда держали Тиль, как канарейку, в чистоте и невинности, даже не подозревающую об опасностях, которые ей светили. Тогда аргумент не прокатил бы. Но оказывается, они все-таки были не безупречны. Что-то дрогнуло в ее выражении лица…

— Ну, уж, спасали мою задницу! Это в моем-то мире? Я бы сама в конце концов справилась бы!

Как же, справилась… если у нее после чистки целые народы исчезали. Кстати, интересный вопрос, куда демиург F79 смотрела? Или им и не положено? Вообще-то, демиург — это просто активная библиотека всего, что нужно для создания мира с потребностью все это реализовывать на доступных ей узлах в определенной пропорции и до определенного предела насыщения. Скажем, звезда в планетной системе обычно нужна только одна, а планет может быть несколько, но не очень много, ну и так далее. Может охрана и правда не их дело?

— Тиль, девочка, у миров есть более глубокий уровень, чем тот, на котором ты работаешь. К сожалению, демоны из него как раз и лезут. И если вылезут, сожрут тебя с потрохами.

Ну, да, запросто. А главное, после этого, как вы думаете, кому нужна утилита форматирования миров, зараженная тем же демоном фашизма? И что бы с ней пришлось сделать? Ведь это не человек, которого при 80 процентах зараженности мы все еще пытаемся спасти, это попросту утилита, отвертка. Сломалась — проще заменить.

— Пугаешь? Ну-ну… А сам?

— А сам пуганый. Поэтому и давлю эту мразь, прежде чем она до меня доберется.

Интересно, признание богом собственной уязвимости поразило ее до глубины души. Кажется, никто еще не посвящал в то, что боги тоже в принципе уязвимы. Конечно, дьявол кроется в мелочах. Для начала, демоны виртуальных миров со мной ничего сделать не смогут, да и в Гайе тоже, а вот человеческими демонами заразиться в принципе можно, если внимательно не приглядываться. Вот только, попробуй я соблазниться каким демоном, его из меня тот же профессор каленым железом выжжет, и будет на сто процентов прав. Тем более, я теперь и сам знаю, как это делать. Так что, мои шансы заразиться демоном — нулевые, просто не дадут. И, как ни странно это звучит, я за это своим богам — профессору, Михе, Алине — более, чем благодарен.

Вообще-то, даже странно звучит. «Моим богам». Дико, но с другой стороны и глубоко логично. Ведь и в смертной жизни я так же полагался на родных и близких, на семью, родных. Отца, брата, жену. «Моим богам»… А ведь и правда, ничего более важного для человека и нет, чем семья и друзья. Просто, теперь профессор, Миха, Алина и даже нахал Мартик — это тоже моя семья.

В любом случае, кажется, Тиль впечатлилась. Ну, что ж, молодец, возьми с полки пирожок, сказал я сам себе. Какой? Там два, возьми тот, что посередине… Честно говоря, самому не верится, что пробился в ее сознание. Трудно это. Правда, насколько долго влияние продержится не знает никто, но успех ошарашивающий. Ладно, оказалась Тиль умнее, чем казалась, и слава Богу.

Чтоб скрыть свои размышления, я просто разлил по третьему бокалу себе и Тили, тем более, что в бутылке больше и не оставалось.

— Тиль, ты знаешь, мне кажется, Михаэль о тебе очень беспокоится. Так что, зря ты на него злишься, он просто вежливость проявляет. Скажешь, ему лучше на это наплевать и к тебе появиться опять?

Демиург задумалась.

— Не знаю, наверное, нет. Я ведь и правда этого его эльфа люблю. Так что, если твое пророчество сработает, то зачем мне еще Михаэль тут…

— Я рад, — просто сказал я.

— Ладно, пойду я, — ответила Тиль, — А то, тебе тут скоро дверь просребут с жалобным поскуливанием…

И сказав это, демиург мира тихо испарилась, как будто ее и не было. Все-таки не могла не подначить напоследок, зараза! А за дверью и правда, если не скреблись, то ждали. И ясно, не меня. Так что я тоже деликатно испарился, уйдя в сеть…

Я встряхнул головой… все-таки эти странные порывы вдохновения с провалами в памяти несколько озадачивают. В комнату проскользнула Сима с кувшином вина и тарелкой полной каких-то вкусностей. Поставила на стол и уставилась на меня огромными серыми глазами. Я обнял девушку и прижал ее к себе, наглаживая ее спину между лопатками сквозь ткань сарафана.

— Ты не торопишься? — спросил я.

— Нет, все уже разошлись, дядя уже дверь запер и спать отправился.

Придерживаю девушку левой рукой, правой поднимаюсь и провожу по ее шее, щеке, отвожу за ухо, погружаю в ее волосы, нацеливаясь губами для поцелуя…

— А с кем ты тут говорил? — спрашивает Сима.

Опа-на… неужто с ревностью придется разбираться. Застыв, гляжу в широко распахнутые серые глазищи, с моими губами застывшими всего в паре сантиметров от ее губ.

— Это и правда была пресветлая Тиллиринель? Я ведь не верила, когда ты говорил о богах, а как ее услышала, никаких сомнений не осталось. Да и не выходил из твоей комнаты никто, я ведь под дверями стояла. Ты и правда с самой Демиургом знаком?