Шрифт:
Старший из воинов усмехнулся в усы:
— Это здешний раб, Вемунд вождь, и мы его не ловили, он прибежал сам. Он говорит, что хочет видеть Свана Рыжего.
Тут уж на самых равнодушных лицах появилось удивление и любопытство. Вемунд откинул русоволосую голову и засмеялся:
— Свана Рыжего! А Хальвдан конунг ему, случаем, не нужен?
Шутка понравилась, захохотал весь дом.
— Ишь чего захотел, длиннопятый.
— А ну, раб! Вынеси-ка объедки!
— Если проголодался, так и скажи…
Большая полуобглоданная кость пролетела и шлепнулась возле ног. Арни стоял неподвижно. Так вот какова была она в действительности, его мечта. Она сидела объевшаяся жареного мяса, захмелевшая от ячменного пива. И потешалась над ним на разные голоса. Следовало бы ему понять кое-что ещё во дворе, когда он увидел три коровьи шкуры, растянутые на заборе.
Оставалось только одно: поднять голову повыше… Арни так и поступил.
Вемунд вскинул руку, прекращая шум.
— Они называют меня Вемундом хёвдингом сыном Асбьёрна из Раумсдаля… и придется тебе разговаривать со мной, поскольку Свана Рыжего здесь нет. А сам ты кто таков?
Сердце ухнуло в гулкую пустоту, Арни предвидеть не мог, что это-то окажется самым трудным — назвать своё имя. Имя безродного, не знающего, от кого был рождён. Он набрал побольше воздуха в грудь и словно шагнул вниз с Арнарбрекки:
— Есть пастухи у Фридлейва Богатея, есть среди них Арни Ингуннарсон.
Он сжал кулаки, ожидая новых насмешек. Но почему-то их не последовало.
— Арни, — повторил Вемунд вождь. — Созвучно слову Орёл! Странное имя для раба. Так чего ты просишь, пастух?
Арни сказал уже без всякой надежды:
— Говорят, я неплохо стреляю из лука. Возьми меня к себе на корабль.
Он посмотрел на руку в чёрных мозолях, державшую рог, покраснел и добавил:
— А грести я научусь.
Седобородый воин, сидевший поблизости от вождя, приподнялся со своего места:
— Вемунд, я его выкину за дверь… Другой, молодой и одноглазый, без трёх пальцев на правой руке, крикнул из дальнего угла:
— Возьми мальчишку, хёвдинг! Из него получится толк!
Арни озирался. Длинный дом так и гудел.
— Тихо! — вновь перекрыл шум Вемунд вождь. Было видно, что он не прочь позабавиться. — Что ж, для меткого стрелка у меня место найдется. Только придётся тебе сперва показать, такой ли ты на самом деле Орёл. Дайте ему его лук и поймайте какую-нибудь курицу во дворе!
И это он называл испытанием?.. Арни привычно закинул за спину колчан и пробормотал, не удержавшись:
— Я не привык стрелять в привязанных кур. Вемунд перебил его, стукнув по столу кулаком:
— А я не привык, чтобы мне перечили пастухи! Арни пожал плечами и уставился в пол. Не требуется большого искусства для охоты на кур. Но пусть будет так.
Долго ждать не пришлось. Скоро снаружи послышался хохот, и дверь вновь отворилась:
— Смотри, Вемунд, какая славная курочка… Уж очень ей хотелось взглянуть, весело ли у нас!
Арни обернулся…
Однажды он видел, как на другой стороне фиорда случился оползень. Люди рассказывали — накануне там появлялась какая-то старуха и ходила кругами против солнца, бормоча и плюясь…
В полной тишине половина горы вдруг заскользила вниз и накрыла работника, перегонявшего коз…
И лишь много мгновений спустя долетел страшный голос обвала!
Между двумя воинами на пороге стояла Турид.
4
Подле могучих парней она и впрямь казалась цыпленком. Готовя потеху, викинги живо выволокли несколько столов и толкнули Турид к стене. Она прижалась к брёвнам спиной и замерла. Она смотрела на Арни, державшего в руках лук.
Арни сглотнул. Во рту было сухо. Он облизнул губы и негромко сказал:
— Я не стану в неё стрелять.
Вемунд расхохотался:
— Чего ждать от раба… Вы все трусы, невольники. Ладно, не убивай её, если так уж боишься. Но позабавить меня тебе всё-таки придётся. Если ты действительно не впервые стреляешь, ты сумеешь пригвоздить её волосы, не поцарапав щёк. И поживей, если не хочешь, чтобы я велел тебя выпороть.
Кто-то из викингов заворчал, осуждая такое решение. Но вслух возражать не стали. Одной рабыней больше, одной меньше, невелика беда, если будет что вспомнить.