Воздух был настолько чист и свеж, что, казалось, его можно было пить, как воду из минерального источника, насыщая кислородом клетки измученного организма.

Василий встал у кромки воды, Он втягивал воздух ртом, задерживал дыхание, снова втягивал, с упоением прислушиваясь к процессам, происходящим в нем самом. Все невзгоды и проблемы последних месяцев таяли с каждым новым глотком этого покоя.

Постояв еще, он развернулся и не спеша пошел обратно к обители, стены которой были окрашены алым цветом заходящего солнца.

Вернувшись в свою келью, Василий захотел прилечь. И заснул.

Сон пришел спокойный, как бывает, когда человек обретает равновесие и покой.

Начинали сниться почти идеалистические виды настоящей среднероссийской природы. Ему снилась излучина реки, где холодная вода неспешно течет и искрится на солнце; сосновый бор на высоком противоположном берегу. Низкий берег, откуда Василий рассматривал окружающие его природные декорации, представлял собой залитый солнцем ярко-зеленый луг, над которым носились неугомонные стрекозы.

Вдруг что-то произошло. Как будто кто-то резко опустил плотную штору на окно, из которого можно было наблюдать столь спокойную приятную картину.

Невидимая сила подхватила спящего и понесла его сквозь космическую тьму. И вдруг — снова знакомая зала с камином и те же кожаные подушки.

То, что увидел наш герой, пугало. При этом он почувствовал даже во сне, как у него по спине побежали мурашки. На подушках сидел кот Василий, но это был не его Василий — на подушках восседал Базилевс. Царственная особа была огромных размеров, в несколько раз больше нашего героя, глаза горели недобрым желтым огнем, усы торчали как-то вверх и создавали еще более неприятную картину. На шее у кота блестела огромная золотая цепь с бордовым медальоном в золотой оправе.

— Ну что, Вася, — кот говорил ровным низким голосом, — спрятался? Зачем ты уехал?! Мои советы тебе больше не нужны?

Василий сделал над собой усилие, с тем чтобы говорить как можно более ровным голосом:

— Мне больше не нужны ничьи советы. Я хочу жить своей головой и поступать так, как я хочу.

— Ты хочешь жить здесь, в глуши? Я смотрю, в Бога поверил, — голос кота звучал все более жестко. — Ты же избранный, Василий, ты должен… — Кот не успел договорить.

Василий почувствовал, что во сне делает усилия, чтобы встать с подушек. Ноги его не слушались, но он твердо ответил:

— Я больше никому ничего не должен. Я хочу найти себя в этой жизни и сделать это самостоятельно.

— Самостоятельно? — взревел кот, делаясь еще больше в размерах. — Да ты ничтожество! Ты сам ничего не можешь, ни-че-го… — Тут кот вскочил на две лапы и, передними лапами схватив Василия за ворот рубашки, отчаянно затряс его…

Василий проснулся. Было яркое утро. Солнце наполняло его небольшую комнату всю, полностью, и она, казалось, была просто переполнена его энергией. На краю кровати сидела Вероника. Она трясла Василия.

— Слава богу, ты проснулся, — выдохнула она. — Ты метался во сне, как в бреду, бормотал что-то непонятное. Видишь, я нашла тебя. Зачем ты уехал? Умоляю тебя, поедем домой. Одевайся, пожалуйста. Я больше так не могу, что ты вытворяешь?

Василий пристально посмотрел на супругу. Наверное, она любит его, да и он любит ее. Надо внимательнее относиться к Веронике и оберегать ее от подобных волнений.

Ужин был прекрасный. В одном из лучших ресторанов города вряд ли могли кормить по-другому. Видимо, по замыслу это был ресторан русской кухни, хотя в меню встречались блюда, которые обычно относят к европейским изыскам. В любом случае, заведение привлекало богатых клиентов, уставших от европейских порций, которых скорее можно было посчитать пробниками, а не предложением поужинать. В заведении кормили обильно и вкусно.

Трапеза из нескольких блюд и десерта не создавала тяжести в желудке, привнося ощущение гармонии, а крокеты из белых грибов в сметанном соусе, которые были заказаны, показались особенно вкусными. Пара бокалов монраше гран крю настраивала на благодушный лад.

Было поздно, хотелось попасть домой.

Василий Николаевич встал и направился к выходу. За ним следовали двое его людей. Проходя мимо бара, он почувствовал легкое прикосновение к руке. Василий повернул голову. Перед ним стояла холеная красивая женщина в шикарном длинном до пола платье. Платье было потрясающее, сшито явно на заказ, и, облегая, оно удачно подчеркивало роскошную фигуру. Бриллиантовое колье великолепной работы, серьги в том же стиле дополняли образ дамы высшего света. Женщина улыбнулась, обнажив свои ровные жемчужные зубы.