Кажется, он был прав. Невесть откуда взявшееся течение несло нас в сторону левого мыса, собираясь то ли выбросить на камни, то ли унести дальше в открытый океан. Я греб изо всех сил, но никакого результата не заметил.

— Оставь! — презрительно крикнул Крез, убрал свои весла и попытался закурить уизон, но его загасило брызгами.

Волны непрерывно росли, все смелее играя лодкой и нами, и вдруг стали огромными, как слоны. Они начали швырять лодку, относя ее все дальше и пытаясь перевернуть. Вцепившись в поручни и сжав зубы, мы возносились наверх и тут же скользили вниз.

Однообразные качания мерно и тяжело отсчитывали время, как страшный маятник. На верхушке одной из них я увидел, что нас отнесло далеко в море.

Наконец волны начали наконец стихать, и я с трудом поверил своему счастью. Через несколько минут шторм прекратился, тучи рассеялись, не проронив ни капли дождя, и солнце как ни в чем не бывало приветствовало нас продолжением рассвета. За это время оно успело подняться над горизонтом.

Взглянув в сторону берега, я простонал. Левый мыс был еще дальше, чем в тот момент, когда мы спустили лодку с "Урайны" на воду.

— Ну что, землйячок… Отдохнули — и на весла! — бодро скомандовал Крез.

Через несколько часов непрерывной гребли, за которые я стал старше на добрый десяток лет, мы наконец обогнули левый мыс. Он был суров и неприступен, огромные волны с грохотом выбрасывались на отвесные скалы. Поэтому мы потратили еще пару часов, чтобы добраться до более-менее сносного пляжа, на который можно было выбраться, не рискуя переломать себе все кости. Наконец мы выбрались на пустынный берег, оказавшись посреди свежевыброшенных штормом водорослей, скатов-хамелеонов, песчаных акул, водных ящеров и змей.

Слава Богу, все они были озадачены лишь тем, чтобы вернуться обратно в воду, и не обращали на нас никакого внимания.

Выбрав более-менее свободное место на песке, я рухнул на него, а Крез спокойно вытащил и свернул лодку, достал уизоны, принял подобающую случаю позу статуи героя и начал разглядывать остров, щурясь сквозь голубоватый ароматный дымок.

Надо было немного прийти в себя и немедленно искать какое-нибудь пристанище — из рассказов Арса я твердо почерпнул, что оставаться здесь, на виду у всей местной фауны, было опрометчиво. Однако сил у меня хватало разве что на то, чтобы пошевелить пальцем.

— Я одного не понимаю, — задумчиво произнес Крез. — Если это дикий остров, на котором кишмя кишат всякие звери, откуда здесь эта ерунда?

— Какая? — прохрипел я, не поворачиваясь.

— Ты в состоянии поднять голову и посмотреть, куда я показываю?

— Нет, — ответил я.

Поворчав что-то оскорбительное по поводу моей подготовки, Крез лег, громко и протяжно зевнул и тут же уснул. Услышав его храп, я понял, что караулить нас придется мне, и немедленно отключился.

— Такие мускулы! Ты только посмотри, Кэя!

— А мне этот больше нравится, он такой симпатичненький!

Что за черт?

Я разлепил непослушные глаза и увидел двух обнаженных чувих. Одна блондинка, другая брюнетка.

Честно говоря, я был шокирован этим сильнее, чем если бы увидел подкрадывающегося тираннозавра.

— Уау! — блондинка ослепительно сверкнула мне зубами и всплеснула руками, отчего ее тело волнообразно заколыхалось, и я невольно сглотнул.

Брюнетка присела рядом со мной на колени, боком, демонстрируя ослепительную линию бедра, и приветливо улыбнулась.

— Привет. Я Кэя. А это Сантра. Мы тут отдыхаем. А вы биологи?

— Я… — начал я, глядя на нее, и остановился, потеряв нить мыслей.

Впрочем, никакой такой нити у меня и не было.

— Уачусэй, — наконец сказал я то, что должен был сказать.

Голос мой был скорее растерянный, чем романтичный, однако брюнетка Кэя мило улыбнулась мне.

— М-м, — блондинка Сантра обиженно надула губки, глядя на Креза. — Твой друг всегда такой сонный?

— Крез! — заорал на него я, радуясь возможности переменить тему, — Кончай спать! Чувихи пришли!

Крез приподнялся, разлепил веки опухшего лица, посмотрел на чувих и хрипло проклекотал что-то.

Только один я понял, что это было "уачусэй", лишенное всякого романтизма. Крез, как и я, был в шоке. Несмотря на нелепость ситуации, вид Креза страшно меня рассмешил, и я захохотал во все горло.