Услышав такое многообещающее заявление, Олег испуганно уставился на Ягу:

— В каком смысле?!

— Орел на твоей спине всегда подскажет мне, где ты, — прежним ласковым тоном отвечала Яга. — А его глаза, — тон Яги стал жестким и угрожающим, — всегда покажут — с кем! — Мы покатились от смеха. Лицо Олега стало таким, будто он хлебнул уксуса и ему тут же сообщили, что он стоит на ящике с динамитом, фитиль которого уже тлеет. — Поэтому, любый мой, — тон Яги снова стал ласковым, — блюди себя. На других баб не заглядывайся, ты уже нашел свое счастье. А ежели чего… — Она сделала многообещающую паузу и жестко взяла его за волосы. — Я тебе, кобелю шелудивому, слова волшебные скажу — стоять не будет!!! — добила она Олега.

— Вот это попадалово!!! — резюмировал Марся. — Олег, официально прошу у тебя прощения за зависть и нетактичное поведение!

— Ну, все всё сказали, давайте разбегаться.

Еще минут пять ушло на обнимание и взаимные комплименты. Когда Яга прощалась со мной, она взяла меня за правую руку и около минуты рассматривала голову Полоза.

— Капитан, Полоз теперь часть твоего организма. Он не просто оберег. Скоро ты в этом убедишься. И главное — теперь ты можешь надеть нательный Крест. Только перед этим положи Крест перед головой Полоза. Они должны договориться друг с другом.

— Кто? — не понял я.

— Языческий символ и Дух православия.

— А если не договорятся?

— Договорятся, — успокоила она меня, — у них одна цель — твоя защита. И Крест уже понял, что Полоз сегодня спас тебя. Спас в ситуации, в которой Крест был бессилен.

— Но от ада это меня не спасет?

— Только не говори, что рассчитывал на рай изначально?

— Я мало чего понял, но сделаю так, как ты сказала. Теперь давай прощаться.

— С тобой, капитан, прощаться бесполезно. До свидания, Полоз.

— Двинули, смертные, — скомандовал Лихо, стоя в коридоре.

Мы пошли за ним. Лихо повел нас по тому же пути, по которому мы пытались выбраться. Вскоре показался солнечный свет. Лихо первым выбрался на поверхность. Тут же раздалось:

— Движение на шесть часов. — Загрохотал крупнокалиберник Миколы, и Лихо унесло к стене.

Марся попытался выскочить следом, чтобы остановить парней, но я не позволил ему и закричал в гарнитуру:

— Это «первый»! Прекратить огонь!!!

Выстрелы смолкли.

— Сашко, ты где?! — поинтересовался Микола.

— Да тут мы. Внизу, — заорал Марся. — Вы только что нашего союзника расстреляли. Я сейчас руку подниму из проема, не шмальните.

Через минуту все уже радостно обнимались, приветствуя друг друга. Я подошел к неподвижно лежащему Лихо. Вся грудь у него была разорвана пулями.

— Лихо, ты живой? — Я осторожно потрепал его по плечу.

В тот же момент раны затянулись. Лихо открыл глаза и сел.

— Какая сволочь стреляла?!!! — подскочил он.

— Так, Лихо, успокойся. — Я придержал его. — Ты какой реакции от них ожидал?

— Нет, — он продолжал вырываться. — Кто эта падла?!!!

— Шо-о-о-о?!!! — взревел обиженный Микола. — Ты кого, нехристь немытая, падлой назвал?!!! Я тебя сейчас пополам порву…

Микола пошел в нашу сторону, по дороге снимая пулемет и разгрузку. Тот факт, что Лихо выжил после попадания из крупнокалиберника, Миколу, видимо, не смущал. Лихо вырвался из моего захвата. По ходу — будет драка…

— Лихо, друг мой, а ну марш вниз!!! — Возле выхода из подземелья сидел Баюн и щурился от солнца.

— Не лезь, хвостатый.

— Давай вниз, — не обратив внимания на оскорбление, повторил Баюн, — это приказ Кощея.

Лихо сплюнул и, тихо матерясь, пошел вниз.

— Удачи, капитан, — махнул хвостом Кот и исчез вслед за Одноглазым.

— Это что было?! — прошептал Микола.

— Микола, расслабься. Пошли, все расскажу. Может, мозги на место встанут.

Рассказали парням обо всех приключениях. Особенно подробно выспрашивал нас румын. Перекусили, чем осталось. Бойцы времени не теряли, осмотрели верхнюю часть замка и нашли америкосовкий склад с боеприпасами. Так что обратно мы пошли хоть и с пиндосовскими стволами, но патронов у нас было, как у дурака махорки.

А дальше… Дальше было возращение к Барону… доклад… отчеты… аресты… пытки… особисты… медики…

Докладами и отчетами все могло и завершиться. Но у Барона, что называется, «протекло». И «протекло», как на грех, «наверх». А там все, кто «любил» и «уважал» нашего генерала, с большим интересом ознакомились с нашими опусами. В опусах они поняли главное: задание «партии и правительства» — не выполнено! Румын фактически не осмотрел замок. Мы практически замок не уничтожили. Как такие «враги народа» могут служить в разведке?! Гнать их нужно поганой метлой. Но гнать не далеко, а до бруствера. Чтобы расстрелять в назидание другим. Но перед расстрелом выяснить: а не был ли срыв операции прямым указанием генерал-лейтенанта Ивлева?! Да, точно, был! Нужно только «Уральцев» как следует «расспросить».