Воздух исчез мгновенно, кругом горел огонь, и я полыхал в этом беспощадном Аду, не в силах издать хоть один звук…

***

… хоть один звук от убивающей тело боли. Попав на тело, напалм продолжил гореть и там, прожигая мясо и внутренности насквозь.

– Саша!..

Сквозь жуткую боль прорвался испуганный голос жены. Вспыхнувший свет словно убавил мучения. Вздох слился со стоном, я наконец начал дышать. Лежу на животе и боюсь пошевелиться.

– Что с тобой?!

На этот раз участки кожи, на которые во сне попал горящий напалм, оказались почти черного цвета.

– Что это?

– Не трогай!

Остановив жену, я смягчил тон:

– Не трогай, Маринка, еще больно.

А боль уже стремительно отступает. Кожа на руках тоже светлеет на глазах.

– Глянь, пожалуйста, что у меня со спиной?

Супруга осторожно задрала футболку:

– Вся в темных пятнах. И шея тоже. Что это, Саша?

Вместо ответа переворачиваюсь на бок и осторожно подтягиваю еще хранящие поганые ощущения ноги. На голенях багровые пятна. Именно сюда попали пули вьетнамского пулеметчика.

На память приходит одно слово. Ключевое:

– Стигматы.

– Что?

– Меня убили во сне. Наяву проявилось – как.

– Как?..

– Напалмом. Перед этим пули перебили ноги.

Теперь до сигнала будильника мы не спали вдвоем. Конечно, пришлось все рассказать. Вот только глубокого сочувствия это не вызвало.

Упреки пошли по-накатанной: я и переигрываю за компьютером, и совсем забыл о семье со своей службой, и все нормальные люди уже уволились, получили квартиры и прекрасно устроились на гражданке…

М-да, четверть века в браке накладывают свой отпечаток на отношения. Куда делась та заботливая, тихая, глядящая на меня влюбленными глазами девушка, на которой я когда-то женился?

Впрочем, забота осталась. В обед жена выставила на стол пузырек с яркой наклейкой:

– Вот, хорошее успокаивающее, мне Таня посоветовала. Принимать будешь по чайной ложке за полчаса до сна.

Естественно, не забыла попенять:

– Это все из-за твоего компьютера. Все вечера за ним проводил, вот и доигрался. Все, хватит перед монитором сидеть!

– Знаешь, если я буду смотреть твой телевизор, то точно сойду с ума.

– Хоть бы посмотрел в Интернете, что люди умные про твои симптомы пишут.

– Сегодня обязательно посмотрю.

Обещание я, конечно, выполнил. Как и предчувствовал, получил кучу информации однозначного мистического оттенка. Стигматы без сомнений следует отнести в раздел явлений, непознанных современной медициной, да и наукой тоже. Своего случая, кстати, не нашел, что даже удивило.

И совсем без удивления читал криво переведенный текст, легко дополняя и раскрывая неясные моменты своей (или все-таки чужой?) памятью.

Да, Дерек Хофман существовал. Официальная биография до деталей совпадает с тем, что принесли сны. Погиб в результате «дружественного» огня. Вас бы, гады, в этот огонь.

Дата смерти… Что же, следовало ожидать. За девять с небольшим месяцев до моего рождения.

Вдоль позвоночника не спеша ползут ледяные мурашки.

Песец. Приплыли.

В полном отуплении смотрю на черно-белое фото совершенно незнакомого, и в тоже время вызывающего массу ассоциаций парня. Я видел его в зеркале. Не таким, не в парадной форме американского пехотинца. Обычно в повседневной оливковой или в пятнистом камуфляже «Хантер». В ростовом зеркале штаба. А то и просто в серой футболке, во время бритья. Там он выглядел попроще и помягче. Он – это я.

Чувствовать себя сразу двумя разными людьми – жуткое ощущение. Моя семья здесь, в этой жизни, но в то же время…

Пролистав ссылки, поработав поисковиками, нахожу сведения о той моей семье. Отец и мать умерли, но в живых две младшие сестры Дерека. Смотрю на фото бодрых старушек, а перед мысленным взором встают лица забавных и жизнерадостных малышек. Можно съездить домой, в Америку и рассказать им…

Усилием воли беру себя в руки. Что рассказать? Русский офицер – это реинкарнация их любимого брата Дерека? Та жизнь прошла, с этим надо смириться. Теперь её место на полках памяти. Глубоко вздохнув, смиряюсь с неизбежным. Мысли постепенно переходят на другую тему.

Как и многие родившиеся и вошедшие в взрослую жизнь при советской власти, я остался некрещеным. Но в Создателя верю. Среди военных с неверующими вообще плохо – не то занятие.

И вот столкнулся с действием божественных законов на своем собственном примере. Что там пишут о реинкарнациях?

В общем, из-за компьютера меня поднял лишь возмущенный возглас отправляющейся в постель жены.

Приятное на вкус, немного отдающее ментолом лекарство принять на ночь не забыл. Только оно не помогло.