— Если есть возражения. Расчёт можешь не получать, но на работе я тебя что бы больше не видел. Всё понятно?

— Предельно, — ответил Шуйский.

— Да и всю свою службу тоже забирай с собой, они мне, как и ты, больше не нужны.

Отвечать и переспрашивать Адам Маркович не стал, в конце, концов, специалистов его уровня не так уж и много, он себе всегда работу найдёт. Да и ребят, что потолковее пристроить сможет, а с бестолковыми, так и связываться незачем, сами пускай решают свои проблемы. Так решил для себя Адам Маркович, а ещё он решил лично сопроводить Хозяина до аэродрома и там посмотреть на кого тот променял его парней, интересно всё-таки.

Бригада Трошина только порадовалась, когда им предложили не ходить в раскоп, и дружно отправилась купаться на озеро, благо день, как и все предыдущие, выдался жарким, грех было в такой день не искупаться.

— Ну и пускай там вдвоём гребутся, — сказал «Лось» товарищам, — да там и делать то всем нечего, мы раскопали, а они пускай достают то, что нужно достать, потом придём закопаем.

— Это точно, — поддержал товарища «Африка», — чего нам в той яме делать. Ещё болезнь, какую подхватим.

— Какую, такую болезнь? — Удивился «Лось».

— А что думаешь, Саймона так который день без причины колбасит? Вон сколько в горячке провалялся, а вчера опять его торкнуло, как только в ту кузню зашёл. Нет точно там не чисто. И мы на этом болоте захвораем, хорошо ещё дни сухие стоят, Дожди пойдут, так загнёмся здесь.

— Не загнёмся, — успокоил товарищей «Вик», — они вон сегодня тот меч достанут, и мы сможем свалить из этих проклятых болот. Мне здесь ох, как не нравится.

— А кому нравится? — Возмутился Гурьев, — мне что ли, или может вон Африке?

— Да никому не нравится, поэтому и валить нужно завтра с самого утра, а может и сегодня с обеда.

Так болтая, ни о чём они добрались до лесного озера, разделись и попрыгали с берега в воду. Холодная вода обожгла тело, отбросила куда-то очень далеко все мысли, так, что вокруг остались только лес, чистая, прозрачная вода, голубое небо и жаркое солнце.

Парни плавали, плескались, ныряли, а устав вылезли на берег и улеглись на солнышке в густой траве загорать и выгреваться, а немного согревшись, заснули.

Тучи налетели внезапно, подул холодный ветер, стало темно, как будто время шло не к полудню, а к ночи. «Вик» заворочался и проснулся.

— Эй, парни, — позвал он товарищей, — это что мы здесь целый день продрыхли?

— Не может быть, — откликнулся «Африка», он быстро поднялся и, ёжась, начал натягивать футболку.

— Да, не могли, — согласился Гурьев, — я бы точно столько не проспал.

— Кто бы говорил, — огрызнулся «Вик». — Ты и сутки напролёт проспать можешь и всё равно, потом будешь ходить и зевать.

— Да не грызитесь Вы, — остановил друзей Иван, — мы действительно недолго спали, всего час. Одевайтесь лучше, и пошли в лагерь, пока ливень не начался, вроде всё к грозе идёт. Да и там не мешает продукты спрятать от дождя.

Два МИ-8 стояли на вертолётной площадке в готовности к взлёту, экипажи сидели на местах, в ожидании пассажиров, а на лужайке, возле вертушек сидели человек двадцать. Сидели, молча, не разговаривая друг с другом, как будто они и знакомы небыли. Все в камуфляже, полной экипировке, с оружием.

«Парни крепкие, — подумал Шуйский, глядя на людей Секретаря, — такие много неприятностей могут доставить».

Как только машины с хозяином и сопровождением подъехали, бойцы, молча, поднялись и так же молча, построились в две шеренги возле вертолётов. Вилянт вышел, осмотрел всех придирчивым взглядом, что-то тихо сказал Секретарю, тот кивнул и отдал команду на посадку, причём команда была отдана жестом. Парни, не суетясь, загрузились на борта, по десять человек на каждый. В каждом их движении чувствовалась уверенность и сила профессионалов.

Шуйский решил, что ему здесь больше делать нечего, время шло, а у него ещё осталось много дел, нужно было кое-что подчистить переговорить с некоторыми своими людьми, да и расчётные, было бы неплохо получить уже сегодня, он развернулся, махнул своим людям и машины развернувшись, выехали с аэродрома.

А небо на севере чернело всё сильнее и сильнее.

Дорога назад в лагерь от лесного озера показалась намного длиннее, одно время «Вик», шедший последним по узкой звериной тропе даже подумал, что они заблудились, хотел окликнуть, возглавлявшего процессию «Лося» но не стал. Тот шёл настолько уверенно, что Витька, засомневался в своих предположениях. А на улице темнело всё сильнее и сильнее. Воздух стал тяжёлый, он как губка, напитавшаяся водой, нависал сверху тяжёлыми тучами, готовый в любую минуту пролиться на землю, стоит только немого сжать эту огромную губку, покрывшую небосвод от горизонта до горизонта.