Второй слуга нагнал их уже у лифта и передал ей перчатки. Она даже не удостоила его взглядом и жестом приказала ему отправиться на помощь компаньону, который возился с раздвижными дверями.

Хильда взялась за спинку и подала кресло немного назад. Нужно было хоть что-нибудь сказать и нарушить эту гнетущую тишину. Карл Ричмонд просто не мог бы молчать столько времени.

Один из слуг вернулся и снова занял место за спинкой кресла, второй тем временем следил за его маневрами, чтобы прийти на помощь при необходимости.

Хильда лихорадочно думала, что сказать, и ухватилась за первую же мысль, которая пришла ей в голову.

— Разверни кресло. Так будет легче выехать из лифта, — тут она наклонилась к мужу. — Не беспокойся, Карл. Машина уже ждет, и скоро ты будешь в своей постели.

— Принести ваш портфель, мистер Ричмонд?

Хильда вздрогнула и сделала шаг назад.

— Что ещё за портфель?

— Ну, не знаю. Тот, в котором он держит свои бумаги. Хозяин никогда с ним не расстается.

— Оставьте мужа в покое, — оборвала Хильда. — Он очень плохо себя чувствует.

Она заняла место рядом с креслом, и слугам пришлось отступить. Наконец двери открылись, и они оказались на палубе.

К ним направился помощник капитана. Душа у Хильды ушла в пятки. Но он, не останавливаясь, отдал честь и исчез где-то внизу. Постепенно к ней вернулось самообладание, и движение возобновилось. До трапа оставалось всего несколько метров, путь был свободен.

Опасность подстерегала там, на пристани, где уже собралась небольшая толпа. Между трапом и машиной было всего несколько шагов, но сделать их придется под любопытными взглядами зевак. Этот придурок шофер просто прирос к месту… Ему было легко лишить их этого удовольствия, стоило только вылезти в последний момент из машины.

Хильда уже не могла сдерживаться. Она указала на кабину пальцем и приказала ближайшему слуге:

— Иди и прикажи ему открыть двери. Я не хочу, чтобы муж простудился.

Тот опрометью бросился вниз по трапу, раскачивая леера.

— Ну, а ты чего дожидаешься?

— Я не смогу спустить кресло по трапу в одиночку, мадам. Надо подождать, пока вернется напарник.

Хильда с трудом удержалась от крика.

Толпа внизу жадно следила за развитием событий. Негр препирался с водителем, а троица на палубе дожидалась, когда это кончится.

Наконец из машины выбрался шофер в ливрее и открыл двери. Машина представляла из себя гибрид микроавтобуса с каретой скорой помощи, но, к счастью, окна были занавешены и снаружи ничего нельзя было увидеть. Хильда предпочла, чтобы машину подала задом прямо к трапу, но шофер не проявлял никакого желания делать это и застыл с одной рукой на ручке двери, а другой — у козырька фуражки.

Слуга вернулся, взялся за подножку кресла. Они подняли кресло со стариком и стали спускаться. Слуги были так заняты своей нелегкой задачей, что не обращали на хозяина никакого внимания.

Хильда облегченно взглянула на толпу и заметила, что все внимание сосредоточено на манипуляциях с креслом. Зеваки явно тешили себя надеждой, что калека-миллионер грохнется в воду. Это развлечение пришлось как нельзя более кстати, и она хотя бы смогла перевести дух.

Уже на пристани Хильда заняла место у подлокотника.

— Добро пожаловать в Нью-Йорк, — приветствовал её шофер.

— Поторопитесь, муж очень устал.

Между ними сразу возникла антипатия. Несколько любопытных подошли почти вплотную.

Хильда нервно подтолкнула шофера и почти закричала:

— Поторопитесь, видите, ему становится хуже. Грузите его в кабину.

Тот хмуро посмотрел на неё и взялся за кресло. Слуги опустили руки и ждали распоряжений.

— Возвращайтесь на борт.

— Хорошо, мадам.

Они не спеша подчинились, своей медлительностью выражая ей неодобрение, а Хильда села в машину, напомнившую ей полицейский фургон.

— Я поеду с ним. Можете трогать.

— Впереди вам будет удобнее, мадам.

— Я предпочитаю остаться здесь, — Хильда буквально кипела от злости. Долго ещё он собирается возиться? Ведь обе двери оставались открытыми, и все, кому не лень, таращили на них глаза.

Шофер внимательно посмотрел на хозяина.

— Мистер Ричмонд очень плохо выглядит.

— Я уже говорила, что он нездоров. Надо поскорее приехать домой и уложить его в постель.

— Конечно, мадам.

— Ну, ради Бога, хватит болтать, поехали.

— Как вам будет угодно, мадам, — буркнул он, поправил фуражку и наконец-то закрыл заднюю дверь.

Тут силы её оставили, и Хильда почувствовала себя, как боксер после нокаута. Как во сне она услышала ещё один хлопок двери, заработал двигатель, и машина наконец тронулась. Хильда лихорадочно поискала в сумочке сигареты, закурила и глубоко затянулась. Потом прикрыла веки и стала собираться с силами.