– Опять нажрался.

– А чего нажрался?

– Гекша, чего же еще?

– А что такое "гекша"? Или правильно "гекш"?

– Э, малец... Не знаешь, а туда же. Помог и иди гуляй на солнышке, пока оно не зашло, погрейся.

Оставшийся вечер и следующие два дня Рики бездельничал. Заглядывая на кухню, всегда получал сытную еду, а по вечерам еще и стаканчик вина. В поселке ему уже доводилось его пить. Отец несколько раз наливал немного - на пару глотков, а еще несколько раз, когда кому-нибудь из приятелей удавалось стащить у родных бутылку вина, они втроем ее "уговаривали". Правда, пару раз неудачно - отец замечал, что сын вернулся немного навеселе, и ближайшие несколько ночей Рики приходилось спать лежа на животе.

Но теперь никакого контроля не было, теперь он самостоятельный, он взрослый и сам уже зарабатывает. Тем более что ни за еду, ни за винцо платить не нужно. И спалось после стаканчика на запашистом сене очень даже хорошо. Правда, наутро Рики было не очень-то комфортно, поламывало тело, да и голова была не такой ясной. А это плохо - про эмпата забывать нельзя. Поэтому Рики в третий вечер только пригубил из стаканчика и, как оказалось, сделал правильно. Ранним утром его разбудил Габрин.

– Вставай, лежебока. На работу пора.

– Какую работу?

– Забыл уже? Или вчера перебрал? Эйн рассказывал мне, что вином балуешься? Ладно, ладно, чай не дома у мамки, у нас можно. Только на утро должен быть чист. Сегодня дорога будет дальняя, не то что до этого.

– А куда поедем?

– В Раллпуль.

– Так мы уже были. Почему дальняя?

– Туда и обратно в два дня. А сегодня за один день надо управиться.

– А разве успеем?

– На скоростном поедем, а не на фермерской лоханке.

Действительно, скорость этого гладера оказалась раза в два быстрее, чем прежнего. До Раллпуля они добрались за три с половиной часа. Подъехав к пропускному пункту, Габрин сбросил скорость до минимума. Теперь они двигались со скоростью идущего человека. Рики всматривался в людей, стоявших на обочине дороги. Никого не узнал, того местного эмпата не было. Но все равно он, когда только завидел вдали знакомый бункер, сразу же уплотнил фальшивую стенку, которую соорудил еще за полчаса до этого.

Поравнявшись со стражниками, Габрин остановил гладер. Чуть вперед вышел молодой парень и внимательно оглядел пассажиров. Это тоже был эмпат. Но Рики уже спокойно отнесся к его проверке, веря в свои силы. Парень через несколько секунд кивнул головой, стражники, стоявшие по обе стороны дороги, опустили бластеры, подав рукой сигнал на разрешение продолжить движение.

Когда они въехали в город, Габрин хмыкнул.

– Видел парня?

– Ну, видел. А что?

– Да ведь эмпат.

– Как эмпат?
– притворился Рики.
– Там же был другой эмпат.

– Их двое. Слабенькие, первого уровня. Кто из двоих посильнее будет, не знаю. Пользы от таких - тьфу. Если спокоен, то ничего не заметят.

– А зачем тогда держат?

– Разные люди проезжают. Есть, кто сильно нервничает. Или возбужден. Вот таких почувствуют. И проверят, мало ли что. Может, бандиты какие в город едут. Да мало ли причин?

– Или свертки наподобие поза-позавчерашнего привозят?
– Рики забросил вопрос наудачу.

– Не знаю, привозят или здесь на месте выпаривают.

– А что в свертке-то было?

– А тебе зачем знать?
– Габрин чуть-чуть насторожился и Рики это сразу почувствовал.

– Так, интересно же.

– Меньше знаешь - лучше дышишь.

– Ну...
– Рики сделал вид, что немного обиделся.

– От того, что узнаешь, тебе ни жарко, ни холодно. Как работал, так и работать будешь. А не знавши спокойнее будет. Вот так-то. Понятненько?

– Ну, вроде понятно.

Габрин вел гладер не спеша - район был окраиной города и весьма захудалой. Как он разбирался в местном лабиринте, Рики было непонятно. А когда мимо промелькнули постройки, которые не так давно они уже проезжали, парнишка решил, что Габрин заблудился. Просканировав своего старшего напарника, к своему удивлению, никакой досады или раздражения он не почувствовал. Нет, от Габрина шло ощущение спокойствия и уверенности. И Рики понял, что тот отнюдь не заблудился в этих грязных лабиринтах. Габрин просто специально плутает, чтобы Рики не запомнил сюда дороги. Значит, не доверяет. Хотя, с чего бы ему доверять человеку - пацану еще, которого видит третий день в жизни?