– Как наши дела, Скотти?

Инженер ответил со своего места за спиной Кирка.

– Не оч' хорошо, сэр. Наши радиационные щиты выдержат не больше двадцати минут в этом вареве. Выходить придется через десять.

Кирк не понял.

– Скотти, на полной скорости мы выберемся отсюда меньше чем за тридцать секунд.

Но Скотт покачал головой.

– В такой обстановочке, сэр, мы не сможем набрать нужную скорость. Мы не мож' позволить себе ослабить щиты даж' на самую малость, чтобы выпустить выхлоп нашего импульсного двигателя. Поэтому мы ограничены десятью процентами мощности.

Кирк прекрасно знал, что в таких случаях со Скоттом лучше не спорить.

– Вы слышали, капитан Сулу? – спросил Кирк. – У нас десять минут на то, чтобы найти Дрейка.

Маккой показался перед Кирком.

– Джим, ты считаешь это хорошей идеей? А что, если он давно ушел отсюда, и пытается повторить прыжок в другом месте?

– Не похоже, доктор, – сказал Спок из-за своего пульта. – Дрейк знает, что «Эксельсиор» все еще патрулирует пространство. А на его стороне больше нет эффекта внезапности, поэтому у него нет реальной возможности повторить прыжок.

– И что ты хочешь этим сказать, Спок? Что он прохлаждается в этом садике и ищет нас?

– Если его корабль не был серьезно поврежден выстрелами из дизрапторов, его щиты и сенсоры работают в полную силу. А значит, у него над нами преимущество в этом окружении.

Маккой неодобрительно посмотрел на Кирка.

– Если тебе нужен перевод, Джим, то я думаю, что он имеет в виду, что нам следует отсюда убираться.

Кирк внимательно выслушал Спока и Маккоя. Но он ни на секунду не отрывал глаз от экрана. Плазменные нити завораживали.

Они протекали рядом с «Энтерпрайзом» как сверкающий поток блестящей воды.

Кирк подумал о Чале. О том, как волны набегают на берег.

Планета была одним раем.

Корабль – другим.

Тем, который ему необходим.

– Сенсоры что-то регистрируют, – тихо сказал Чехов.

Спок изучил показания.

– Это может быть корабль, – сказал он.

– Но который? – спросил Кирк. – Корабль Дрейка или «Эксельсиор»?

– Узнаем через мгновение… Сигнал уси…

Экран вспыхнул белым и, вылетая из кресла, Кирк понял, что его корабль подбит фотонной торпедой.

Ариадна развернулась в своем кресле за пультом управления огнем на клингонском крейсере.

– Прямое попадание?

Дрейк наклонился вперед в своем кресле. Его глаза впились в сверкающие завитки плазменного перешейка между звезд.

И вот… вращающиеся темное пятно прямо по курсу… «Энтерпрайз».

С беспомощным Джеймсом Кирком внутри.

Все, что Дрейк ненавидел. Чего боялся.

Достаточно мелкое, чтобы быть раздавленным одним пальцем.

– КВ'ИХ пой! – скомандовал он.

Клингонский офицер посмотрел на показания сенсоров.

– Повреждения ожидаемые… импульсные двигатели повреждены… щиты на тридцати трех процентах… полное разрушение в течение пяти минут.

Дрейк откинулся в кресле, полностью удовлетворенный.

– Навигатор, уводите нас. Мне нужен чистый воздух.

Навигатор колебался так долго, что Дрейк заметил, что что-то не в порядке. Но крейсер плавно пошел вперед, медленно протискиваясь сквозь струи звездного вещества.

– Адмирал, – неуверенно начал офицер по науке, – я должен напомнить вам, что наши щиты на сорока двух процентах. Мы выдержим немногим дольше федерального корабля.

– Но все же мы продержимся дольше, – ответил Дрейк. – Что значит, что мы продержимся вечность по сравнению с Кирком.

Дрейк поднялся с кресла и встал за спиной у дочери. Положил руку ей на плечо. Почувствовал, как она взяла его руку своей.

– Теперь, когда ты встретилась с ним, – сказал Дрейк, – ты понимаешь, не так ли?

– Почему ты его ненавидишь? – уточнила Ариадна.

Дрейк кивнул.

Она пожала плечами.

– По правде говоря, он напомнил мне тебя.

Рука Дрейка сжала руку дочери и продолжала сжимать ее, пока Ариадна не выдернула ее.

– Кроме одной детали, – сказал он ей. – Я лучше Кирка и всегда был лучше. Этот день доказывает это. Наконец-то.

«Энтерпрайз» дрейфовал в центре экрана, медленно вращаясь под воздействием яростных течений плазмы.

– Нет внутреннего контроля, – сказал Дрейк. – Значит, они направили всю энергию на щиты.

– Настроенные только на радиационные, – подтвердил офицер. – Сенсоры показывают также отключение искусственной гравитации.

– А-а, – довольно вздохнул Дрейк. – Отчаянье. – Он посмотрел через плечо на офицера. – Какова внутренняя температура?