— Что? А… Тогда она точно не будет против.

Облокотившись на шкаф, Миф достал из кармана кольцо, на которое вешают ключи, только у него на кольце целой связкой висели брелоки. Гремящая и звенящая на все голоса связка. Максим неотрывно наблюдал за ним.

В ящике стола лежали маленькие плоскогубцы — ими Миф перекрутил швензу, так что ангельское крылышко оказалось плотно прицепленным к кольцу. Поднял связку на уровень глаз и потряс. В солнечном свете стало видно, как почернела девичья подвеска в виде ласточки, тёмный налёт покрыл пушистую белку.

— Требует регулярного обновления, понимаешь ли.

Взгляд Максима метался от Мифа к связке и обратно.

— Зачем вам это?

Миф посмотрел на него поверх очков.

— У тебя наверняка висит на ключах какая-нибудь безделушка.

Связка его ключей лежала рядом, на столе. Самый длинный, с чёрной головкой — от кафедры. Чуть поменьше, тонкий, из серого металла — от лаборатории напротив. На кольце повис замусоленный тряпичный заяц с глазами-пуговицами.

— Давай-давай, — сказал Миф, — тебе не принципиально, а мне жизненно важно. Ты же отстранён от полевой работы, правильно?

Странная тогда вышла история. Говорили, что в заброшенных катакомбах на Максима выпрыгнула аномалия первой категории, и после этого он начал бояться темноты, громких звуков и крутых лестниц. Ещё болтали, что однажды вечером на тихой улочке Максим нос к носу столкнулся с энергетическим вампиром, а это тварь та ещё. С тех пор Максим мало с кем разговаривал, от незнакомых и вовсе шарахался. Так говорили, по крайней мере, и Миф не знал наверняка.

Ошарашенный Максим принялся снимать зайца с кольца. Несколько раз ноготь соскальзывал, и упругий металл становился на место. Миф выдернул зайца из рук Максима и прицепил к своей связке. Пуговичные глаза смотрели испуганно.

— Вот этот дом, — сказал Миф, кивая на обычную пятнадцатиэтажку, бело-оранжевую, вырастающую на холме, как исполинский пограничный столб.

Осень проредила жасминовые кустарники в палисадниках, зажгла огоньки бархатцев на клумбах. В песочнице на площадке возилась малышня. Обычный дом, ничего особенного. Ни глубоких трещин в стенах, ни тучки над домом-свечкой — ясное небо.

Сумерки чуть-чуть подпустили в ветер холода и аромата реки.

— На первый взгляд обычный, — сказала Маша, потому что ей нужно было что-то сказать. Миф стоял в шаге справа и как будто ждал её реакции.

Она тут же догадалась, что её реакция никому не нужна — Миф был занят собственными размышлениями, и Маша пообещала себе больше не высовываться. Достаточно на первый раз. Он обернулся.

— Пойдём.

Она специально отстала на шаг, но подростки, притихшие на скамейке у подъезда, всё равно проводили их взглядами. На домофоне Миф набрал код то ли из пяти, то ли из шести цифр — Маша не успела проследить за его пальцем.

Внутри оказалось на удивление светло. Она ожидала, что ёкнет сердце, что мурашки пройдутся от пальцев к плечам, как пишут в учебниках, но ничего такого. Квадраты света лежали на светлых бетонных ступеньках, на цветных плитках лестничных пролётов.

Маше хотелось спросить, что именно не так с домом, но она не решалась, боясь, что голос раскатится по этажам, подхваченный межлестничным эхом. Она неуютно чувствовала себя, как будто из-за всех дверей за ними подглядывали любопытные жильцы.

Миф проигнорировал лифт и зашагал наверх пешком. Выше пятнадцатого этажа вела узенькая крутая лестница на крышу, а чердачная дверь была заперта на пудовый висячий замок.

— Основное место работы, — пробормотал Миф, вынимая замок из поддавшихся петель, — чердаки, подвалы, старые развалюхи, которые не особенно сознательные граждане часто принимают за туалеты общественного пользования. Привыкай, в общем.

Изнутри дверь закрывалась на проволоку. Хрустя насыпанным на пол гравием, Маша прокралась к окну и посмотрела вниз — от высоты подвело живот.

Миф стоял рядом с толстым ригелем, рассматривая поле действия, и только сейчас Маша сообразила, что они не взяли с собой никаких приборов. Волной страха окатило с головы до кончиков пальцев. Забыла? Должна была знать, но забыла?

— Я не буду с тобой каждый день, не маленькая уже, чтобы тебя за ручку водили. Но если появятся вопросы, обращайся. — Он помедлил, как будто переступая через себя. — И звони. Надеюсь, основные правила безопасности повторять не надо?

Солнце садилось. Очки Мифа блестели в его лучах то малиново-алым, то жёлто-золотым. Видел ли он, как Маша покачала головой, или предрекал её ответ?

— Значит, так. Будешь искать сама, это не опасно. Сущность молоденькая, но близко всё равно не подходи. Район действия пока ограничивается домом, в округе нигде не замечена.

Близко не подходи — Маша усмехнулась про себя. Найти бы её для начала, вот это будет радость. Хоть взглянуть издали. До сих пор ей приходилось видеть только слабенькие аномалии на экране приборов — такие слабенькие, что визуально ещё и в сумерках их было не различить. Это если не считать случая в заброшенной больнице, конечно.