— Друг?

Я кивнул. Выдавать Маркуса не входило в мои планы.

— Да. Джулес вспоминал обо мне?

Даниэль хмыкнул.

— Вспоминал! Да он с ума сходил! Думаю, тебе стоит наведаться к нему в клуб, чтобы он убедился, что ты всё ещё с нами, — Даниэль улыбнулся, но в его глазах я увидел предупреждение. — Он волновался о тебе.

Пришла моя очередь улыбаться. Я кивнул.

— Я так и собирался сделать, Даниэль.

Даниэль рассмеялся.

— Это правильно, брат, — он хлопнул меня по плечу. — До встречи.

Он пошел дальше, а я, поправив сползающую с плеча сумку, отправился дальше. Я планировал зайти к Маркусу, оставить вещи, затем заглянуть в клуб, и, возможно, к Кире. Ещё я хотел есть. Марк полагал, мне следовало осторожнее вливаться в реальную жизнь; я так не считал.

В центр города я добрался уже ближе к полудню. К тому времени я уже немного успокоился после инцидента с Салливаном, сообразив, что старик вряд ли станет взывать к служителям порядка, поскольку оружие принадлежало всё-таки ему, а насчет его «крыши» я уже не беспокоился — моя была получше. Если, конечно, я сумею снова влиться в компанию Джулеса.

Я нашел неплохой итальянский ресторанчик на Оук-Стрит, и сделал заказ. Я чувствовал себя странно, ощущение нереальности всего происходящего вокруг меня не отпускало меня ни на минуту. Насколько я понимал, я здорово вляпался, и мне грозила не какая-нибудь, а самая настоящая смерть, если я сделаю хоть один неверный шаг. И тем не менее я не испытывал ничего, похожего на панику или страх. Быть может, меня спасало нечто большее. Уйти от закона, писаного или неписаного, было чем-то реально осуществимым. Но уйти от собственной совести не удавалось ещё никому. А моя совесть была очень настойчивой.

Первые несколько минут после того, как принесли мой заказ, я просто отключился от внешнего мира и сконцентрировался на принесенной еде. Мой организм постепенно оправлялся после перенесенной болезни, и требовал немедленного потребления жизненно важных ресурсов. Я не собирался ему отказывать, и пришел в себя только когда принесенные блюда стали девственно чисты, а в стакане не осталось ни капли сока. Тогда я заказал чашку зеленого чая, и, откинувшись на стуле, начал наблюдать за прохожими на улице. В зале было тепло, за окном накрапывал дождик, и я не торопился уходить, оттягивая момент возвращения в «Потерянный рай».

В зале звучала приятная музыка, над стойкой бармена горел телевизор, передавали сводку новостей. Кроме моего, был занят ещё всего один столик, и я совсем расслабился, мечтая только о теплой постели и мягкой подушке. Борясь с сонливостью и слабостью, я, как обычно, начал концентрировать свое внимание на том, что происходило вокруг. Влюбленная парочка за столом в противоположном углу зала особого интереса не вызывала, и я присмотрелся к тому, что показывали по телевизору. Это была сводка криминальных новостей, на экране мелькали люди в формах, два изрезанных ножом трупа, и мне стало неинтересно. Я снова уткнулся в окно. Чай закончился, и я, понаблюдав ещё некоторое время за прохожими, расплатился и вышел из ресторана.

На улице мне стало легче. Полный желудок, теплый свитер и свежий воздух были теми вещами, которые лечили меня лучше всяких таблеток. Я вышел на Магнифисент Майл, постепенно ускоряя шаг, и вдруг услышал, как меня кто-то окликает по имени. Я обернулся, увидев перед собой невысокую темноволосую женщину. Она держалась с невыразимым достоинством, была одета элегантно и со вкусом, накрашена неброско и умело, и была красива той зрелой, сдержанной красотой, которую я так ценил в женщинах. Не сразу я узнал в ней мисс Риту Харт.

— Какой сюрприз, — улыбнулся я. — Рад видеть вас.

— Я вас тоже, Олег, — она коротко улыбнулась в ответ. — Вы уже оправились после болезни?

Я удивился, и Рита улыбнулась снова.

— У нас опять проблемы с компьютером, Эти говорит, какой-то вирус. Я звонила в вашу фирму несколько дней назад и просила прислать именно вас. Ваша начальница, мисс Каррера, сказала, что вы серьезно болеете, и наверняка не скоро сможете снова приступить к работе. Эти очень расстроилась.

— Да… я помню, что обещал зайти, — я почему-то растерялся. — Но я действительно болел.

— Я вижу, — Рита серьезно кивнула. — Вы всё ещё выглядите бледным.

Бледным — не то слово, мисс Харт была очень деликатна. Сегодня утром, уходя на работу, Маркус, без всяких эмоций осмотрев меня, сказал, что краше в гроб кладут.

— Я хотела спросить вас, — на секунду Рита запнулась, потом снова посмотрела на меня. На этот раз прямо, я бы даже сказал, смело. — Вы сможете прийти к нам сегодня? Эти сходит с ума, когда компьютер не в порядке. Это её единственный выход во внешний мир. Вы… сможете помочь нам?