— Смотрите.

Полный паники окрик призвал прильнуть к проекции, транслируемой с камер накопительного зала. Зал словно туманом застилало призрачно-синее свечение. По рядам побелевших от температуры накопителей гуляли яркие электрические дуги. Отражающее покрытие стен начало течь, и красные дорожки расплавленного металла добавили в палитру кровавый оттенок.

Решение созрело мгновенно. Натан подскочил к стоявшему в стороне аварийному терминалу и, сорвав защитный кожух, ударил по кнопке экстренной остановки. Экран терминала показал исполнение команды, но на деле ничего не сработало.

— Отсекай с центрального, — закричал он, видя отказ аварийной системы, но ответ оператора поверг в отчаяние.

— Отчёты систем по-прежнему поступают, но функции контроля утеряны.

— До контакта пять секунд, — словно насмехаясь, доложил оператор.

Поняв, что ничего изменить он уже не успеет, Натан смирился и, глядя на стену, ждал продолжения. Спустя пять секунд, подняв море световых всполохов, крейсер ухнул в портал. Одновременно с его исчезновением все в зале ощутили ледяной порыв невесть откуда взявшегося ветра. Датчики зафиксировали колоссальный скачок энергии, после которого функции управления полностью восстановились.

Не дожидаясь команды, операторы повторно запустили тест программы и вскоре доложили о многочисленных сбоях в программном обеспечении задействованных в эксперименте компонентов.

— Неудивительно, — задумчиво ответил Натан. — Удалось установить источник дополнительной энергии?

— Нет.

— Не нравятся мне эти чудеса. Опросите-ка «память», уверен, что ответы найдём именно там.

Пробежав пальцами по клавишам, оператор озадаченно почесал макушку.

— Система не может обнаружить цилиндр.

Натан лихорадочно защёлкал кнопками контрольного пульта, выведя на экран лабораторию, где хранился цилиндр. Прозрачная сферическая крышка так называемого саркофага была закрыта, но цилиндра на месте не было.

Лоб Натана покрылся испариной. Спокойствие, возникшее после ухода поисковика, как ветром сдуло. Он несколько минут смотрел на пустой саркофаг, затем отмотал запись назад.

Камеры зафиксировали всё в мельчайших подробностях. За десять секунд до контакта корабля с порталом цилиндр как ни в чём не бывало висел в электромагнитном коконе. В момент входа крейсера в портал таинственный банк данных, пинком направивший человечество на путь мощного технического прорыва, окутался золотистым сиянием и исчез.

Нарушить затянувшуюся тишину побледневший учёный решился не сразу.

— Ну и кто мне объяснит, что здесь произошло? — оглядев понурых подчинённых, спросил он.

Что произошло, объяснили через полчаса и в весьма нелестных выражениях. На связь вышел полковник Ролс Бэргрен, командующий прикрывающим Глупую флотом. Разразившись ругательствами в адрес идиотов, возомнивших себя богами, он сообщил, что вместо поисковика в пограничную систему вахнов забросило саму Глупую, а вместе с планетой и несущий её охрану флот.

— Примерно вот так всё и было, — примостившийся на краешке кровати Алекс подмигнул Алексею.

— Потом была паника, но, к чести отцов-командиров, совсем не долго. Флотский полковник Бэргрен оказался тёртым воякой. Глядя на метания коменданта, сместил его к чёртовой бабушке и быстро навёл на Глупой порядок. Под ружьё встали все: техники, обслуга и даже учёные. Вахны давят, но помощь уже идёт, надеюсь, продержимся, — закончил он рассказ, но неожиданно хлопнул себя по лбу ладонью. — Забыл совсем. Все уцелевшие из нашей дивизии получили повышения в званиях. Так что признавайся, капитан Вольнов, долго ещё валяться будешь?

— Дней десять, потом разрешат встать.

Голос пролежавшего два с половиной месяца в камере восстановления Алексея был ещё слаб. В сознание пришёл утром, и Алекс был первым, кто смог его навестить.

— Со мной-то что случилось, ничего не помню? — задал Алексей свой главный вопрос.

— С тобой история, достойная пера. Воин со второго полка взвёл ракетомет, в этот момент его задевает, он падает и давит пуск. Спину тебе осколками побило, ноги, руки. — Алекс неожиданно развеселился. — Мне тут Доктор рассказывал, как твою задницу из скафандра по кускам вынимали и собирали словно мозаику. Он говорит, — всё шире улыбался Алекс, — хорошо ракета сзади рванула, иначе ближайшие полгода писал бы через катетер.

— Больно ты радостный, — заразившись весельем друга, Алексей тоже улыбнулся. — Занесло нас чёрти куда, родину даже в телескоп не видно, кругом враги да учёные, а ты ржёшь как полоумный. Совсем страх потерял.

— Потерял, — согласился Алекс. Лицо его стало серьёзным. — Думаю, после того, что пережил на станции, страшнее уже ничего не будет. Из всех полков нас осталось сто двадцать три человека, да трое раненых, включая тебя. Ты, кстати, благодари за спасение своего взводного, как его? — напряг Алекс память. — Пакшес, точно — Пакшес. Он тебя из-под обстрела вытащил, медика пригнал с батальона и, когда открыли портал для доставки боеприпасов, отправил назад, на Глупую.