Мета проговорила несчастным голосом:

— Филь, нас держат в полном неведении! Но мы знаем, что расследованием руководит лично Клемент, а это значит, что тот документ был крайне важный, и, если его не найти, отцу не поздоровится. Мы готовы сами отправиться на его поиски, но нам нужна хоть какая-то зацепка.

Анна бросила ей раздраженно:

— Мета, какой Клемент, при чем тут Клемент? В день обнаружения пропажи в Кейплиге устроили облаву с эмпаротами, ты хоть подумай, что это значит! Последний раз так искали Бергтора, а это было сто лет назад!

Филь захлопал глазами:

— Что такое облава с эмпаротами?

— Да расставили их цепью по всему городу и не давали никому пройти без короткого допроса, — пояснила Анна нетерпеливо.

— Выловили пару известных разбойников и кучу жуликов, но вора не поймали, — сказал Ян.

— И этим погубили десяток эмпаротов, — вздохнула Мета, — которые перетрудились. Дорогая плата. Сердаров у нас совсем немного, эмпаротов того меньше, а от них зависит наша юстиция!

— Мета, это был шаг отчаяния, — напомнил Ян.

Дожевав яблоко, Филь взял второе. У него всё сложилось, и он был готов обрадовать друзей, что их беды позади. Он только хотел понять, откуда в нем появилась уверенность, что то, о чем помянула Мета, и толкнуло Мастера на посылку Эши в Старый Свет.

— Успокойтесь, господа, — с достоинством проговорил он, осознавая, какую важную новость несет, — кража раскрыта, вам ничего не грозит!

Ян и Мета, избегая лишних слов, вопросительно глянули на него.

— Откуда это известно? — выпалила Анна и передразнила: — Господа… нахватался в своем Хальмстеме!

— От самого Мастера де Хавелока, — сказал Филь, добродушно улыбаясь. — Это были чертежи нового замка, которые стащил архивный служка по имени Муттарт и передал их другому типу, который, в свою очередь, сбежал с ними в Старый Свет. Бумаги… уже в безопасности, служку поймают не сегодня-завтра, а второй тип не вернется, потому что его раковину разбили. А теперь я хочу узнать, что общего между сердарами и эмпаротами!

От счастливой улыбки Меты у него ёкнуло в груди. Но она кинулась не ему на шею, а на Яна.

— Наконец-то, — воскликнула она с облегчением, — наконец этот ужас закончился!

Анна тоже улыбнулась и со вкусом потянулась.

— Эх, хорошо иметь собственный источник в высших сферах! Надо бы не забыть обрадовать папочку, а то у него вскоре будет несварение желудка. Говоришь, сердары и эмпароты? Да чего тут рассказывать: многие сердары несут в себе наследственную болезнь, которая проявляется в детях, рожденных от людей. Девочки обычно вскоре умирают, а мальчики вырастают в эмпаротов. Всё ясно?

— Ага, — сказал Филь.

Получалось, что отец Эши наградил её болезнью, от которой её спасли только многолетние усилия матери, чего тут неясного? А Мастер использовал Эшу как почти законченного эмпарота, неотличимого от обычных людей. Эдакий идеальный шпион. Немудрено сбежать из дому, когда знаешь, что вообще-то ты урод, и те, кто знает об этом, стараются не подавать тебе руки. Его мысли прервал возглас Яна.

— Возвращается! Филь, ты в самом деле голоден или потерпишь до обеда, а пока мы покажем тебе, что тут и как?

Филь не успел ответить, что с удовольствием перекусит, ибо выехал из Хальмстема в семь утра, как Анна вдруг взвилась не хуже баньши:

— Ян, мы скоро спятим от этих прогулок! Я всю задницу уже протерла в седле и истоптала ноги, мало вам Алексы! От папочки не скроешься, — сбавила она тон, заметив, что Филь вздрогнул от её воплей. — Наш дуб высох сто лет назад и замечательно проводит звуки, а заканчивается он на крыше. У папочки же — отличный слух, и стоит ему встать внутри ствола на любом этаже, как он всё слышит. Вот мы и гуляем целыми днями по Меноне с того дня, как он тут засел!

Филь спросил недоверчиво:

— А как же вы так смело обсуждали его тогда, когда он еще не ушел?

Ян скороговоркой проговорил, пятясь от дверей:

— Только так ему можно дать понять, что он зарвался. Если в лицо, он начинает ругаться.

— А когда он ругается, — сказала Мета и не закончила.

Дверь распахнулась и г-н Хозек ворвался в дом, тряся красной от гнева лысиной.

— Я же просил, чтобы ты привел ко мне собак! — рявкнул он с порога на Филя.

Тот собрал всё свое мужество и ответил: