Шрифт:
Ленин и Серго весело смеялись.
Мало ли, много ли, подошло время — сели ужинать. Сашка освоился с новым гостем и даже вместе с ним попил из блюдечка сладкого чаю.
Перед вечером гость уехал, и снова Сашке было весело вдвоем с Лениным. Утром чуть свет залетал он в шалаш и бегал по одеялу, мол, вставай, товарищ Иванов Константин Петрович, пора нам с тобой завтракать…
Целый день Ленин работал, водил карандашом по бумаге. Сашка понимал: мешать нельзя, поэтому сидел на соседней ветке и от всей души на всю округу заливался в песенках.
Между тем дни становились короче, приближалась осенняя пора. По утрам выпадала холодная роса. Все чаще приезжали к потайному шалашу разные люди, горячо разговаривали с Лениным, спорили, готовились к чему-то грозному и тревожному.
Однажды прилетел Сашка утром к шалашу, и его насторожила непривычная тишина. Давно погас огонь в костре, над ним висел холодный чайник. Ленина нигде не было, даже постель куда-то исчезла, косу и грабли кто-то унес. Заметался Сашка в тревоге, прыгал с ветки на ветку, звал друга. Но ответом была тишина. Он два раза слетал к озеру: не ушел ли друг купаться? В лес полетел — не подался ли за грибами? Нет и нет!
Вернулся Сашка к шалашу озадаченный. И только тут увидел расстеленный на траве белый носовой платок, а на нем горкой хлебные крошки, половинка яйца, остаток вареной картошки. Сашка понял: угощение оставлено для него. И это последний привет от друга, Константина Петровича…
В печальной растерянности кидался Сашка от дерева к дереву, взвивался от горя к небу и снова садился на шалаш. Пустынные берега озера Разлив оглашались его тревожным и зовущим свистом.
ФИЛЬКА
Если ты думаешь, друг мой, что дятлы только и знают долбить носом по сосне, то ошибаешься. Был у меня приятель Филька, и у нас была такая дружба, что стоит о ней рассказать.
Возле нашего дома в Подмосковье стоят три красивые и очень высокие сосны. Они возвышаются над крышами домов и видны издалека.
И вот повадился на эти сосны дятел — стучит и стучит с утра до вечера. Взял я бинокль и стал разглядывать непрошеного гостя. А он вцепился острыми когтями в сосну, а хвостом уперся в ствол и долбит шишку. Заклинил ее в развилке из сучьев и давай шерстить, добывать клювом вкусные семечки. Поклевал с одной стороны, повернул шишку другим боком и начал снова долбить. Покончил с одной шишкой, сбросил ее мне на голову и полетел за другой. И вот уж снова стук да стук, стук да стук. Пока я смотрел на его работу, он штук пять шишек испортил — браконьер, да и только! Ведь шишки полны семян, из которых деревья вырастают. Досада меня взяла, да и стук надоел. Думаю: перебью я тебе аппетит.
— Эй, приятель, ты что расстучался?
Он отвечает сверху с насмешкой:
— Дрова колю…
— Может, ты и мне наколешь?
— Сам коли… А мне надо план выполнять. Сколько шишек надо переклевать, передолбить. Лес-то вон какой, а я один.
— Почему один?
— А потому, что потравили нашего брата химией. Нерадивые колхозники рассыпают химические удобрения сверх меры: пять козявок-вредителей уничтожат, а десятки птиц замертво падают. Птицы тех вредителей склевывают, а они ведь отравленные. Вот и осталось нас, дятлов, мало.
— Зачем ты шишку долбишь?
— Живая душа есть просит. Да и сеять лес надо. Я шишку расклюю, растрясу, семена на землю упадут, и, глядишь, там сосенка, а там елочка вырастет.
— Вот как ты умно рассуждаешь, сеятель. Как тебя зовут?
— Филипп Матвеевич.
— Очень приятно, будем знакомы… Ладно, стучи себе на здоровье, выполняй план…
Так было в первый день знакомства. А на другое утро шел я по лесной дороге. Слышу: кто-то бежит за мной. Оглянулся — никого. Пошел дальше — опять кто-то меня догоняет. Посмотрел и снова никого не увидел, хотя слышал: кто-то башмаками стук да стук. Но вот я увидел на сосне дятла.
— Здравствуй, Филька, физзарядкой занимаешься?
— Завтракаю…
— Много червяков раздобыл?
— Мало: пару короедов да личинку прошлогоднюю, и та горькая.
— Долби глубже, найдешь что-нибудь послаще. Сейчас август, кузнечики появились.
— Кузнечиков не ем. Их не ужуешь: твердые, да и мяса мало. Зато ноги словно пружинные: сиганет, и не успеешь глазом моргнуть.
— Спасибо тебе, Филя, что короедов уничтожаешь, а то вон сколько леса сухого стоит — одна кора у подножия дерева валяется. Спасай лес, Филя. Все люди тебе спасибо скажут.
— Тем и занимаюсь. Вам, людям, не помоги, так вы и не заметите, как вредители весь лес погубят. Не все из вас понимают, что лес надо беречь. Иные приедут в лес и давай сосны да березы валить, костры жечь, шашлыки жарить. Лучше бы придумали толковое средство против короедов…
Раскритиковал меня Филька в пух и в прах. Но я не обиделся: правду говорил — не умеем мы лес защищать.
Словом, подружились мы с Филькой. Стал он рано утром прилетать к моему крыльцу, где стояло цинковое корыто с водой. Лето было жаркое, и птицы страдали от жажды.