Глория быстро вынула его и открыла. Внутри уже лежали драгоценности, меха, золото. Все, что представляло ценность, и на крайний случай можно было продать.

В дверь громко постучали. От неожиданности Глория подскочила на месте и огляделась. Стучалась явно не служанка и не управляющий. Звук был таким, словно дверь пинали ногой.

Глория робко подкралась и тихо спросила:

– Кто там?

– Открывай, – это был Антон. – Или я вышибу ее ко всем чертям.

Она едва не расплакалась от страха:

– Что тебе нужно? Уходи или я закричу.

– Детка, мне нужны деньги.

Глория отпрянула от двери:

– Я заплатила, как мы договаривались. Ты обещал, что оставишь меня в покое.

За дверью слышался легкий шорох, затем злой смех:

– Не будь идиоткой, десяти тысяч мне недостаточно. Мне нужно больше.

– Но у меня больше нет. Я отдала тебе все, что было.

Антон тяжело дышал. Этот запах, исходивший из его рта, проникал уже в комнату. К горлу подступил комок тошноты.

Он не унимался. С новой силой задергал за ручку, требуя открыть дверь. Когда Антон не услышал ответа, то угрожающе прошептал в щель:

– Сегодня вечером, ровно в десять, я буду ждать тебя на том самом месте, где взял тебя. Каморка будет открыта. Ты придешь туда одна, без своей служанки и принесешь для меня тридцать тысяч. Иначе можешь собирать свои манатки и убираться ко всем чертям из этого дома.

– У меня нет такой суммы.

– Значит, прямо сейчас собирай свои тряпки.

– Ну, хорошо, – она ненавидела себя за свою слабость. – У меня есть бриллианты и рубины. Думаю, их хватит тебе с лихвой.

– Вот и умница, детка!

Напоследок он рассмеялся отвратительным смехом и хлопнул по двери кулаком. Несколько минут Глория смотрела на закрытую дверь, вслушиваясь в удаляющиеся шаги.

Затем она посмотрела на свои руки и вдруг расплакалась. Мимолетная слабость позволила подумать о том, отчего она не может контролировать ситуацию?

Какой-то сопливый юнец смеет указывать, что и как она должна делать. Забавляться ею, словно куклой, не встречая сопротивления.

Глория смахнула слезы и посмотрела в окно. Она должна найти способ поставить его на место. Заставить молчать.

Едва она подумала об этом, как решение проблемы само собой пришло в голову. Женщина направилась к столику и позвонила в колокольчик. В дверь постучала служанка, и Глория открыла замок.

– Помоги мне привести себя в порядок. Я должна выглядеть достойно и не вульгарно.

– Для господина?

– Нет, у меня другие цели.

Спустя сорок минут, Глория стояла напротив зеркала и смотрела на свое отражение. Волосы уложены в валик, в ушах серьги с жемчугом, простое платье с глухим лифом, в руках кожаный мешочек.

Пока служанка прибиралась в шкафу, Глория бесшумно покинула комнату. В коридоре сновали слуги. Навстречу к ней шел Гордей, но она даже не остановилась, когда он ее позвал.

– Оставь меня.

Гордей застыл на месте, провожая ее взглядом. Такой, как сейчас, он никогда ее не видел. Любовница Левита выглядела чопорно и шла вперед с грацией королевы. Мужчина лишь печально вздохнул и отправился восвояси.

Глория свернула за угол и остановилась перед дверью. Несколько секунд она собиралась с мыслями, затем постучала.

– Кто там?

– Это Глория, можно войти?

За дверью послышались торопливые шаги. Громкий шепот, тихий смех, едва уловимые фразы. Глория уже стала терять терпение, когда дверь наконец-то открылась.

Перед ней стояли две девушки с легкими улыбками на устах. Они явно были ошарашены ее приходом.

– Можно войти? – Глория бесцеремонно оттолкнула дверь и вошла внутрь. – Кажется, я правильно выбрала комнату? Здесь ведь живет одна из вас?

Девушки переглянулись. Та, у которой все личико было усеяно веснушками, закрыла дверь и, пожав плечами, обронила:

– Это комната Нины. Я Ксения. Мы подруги.

Глория быстрым взглядом оценила комнату. Простенькая мебель, никакой роскоши. На секретере у окна – книги и листки бумаги. Видимо, девушка много занималась с преподавателем. Леонид как-то упомянул, что думает о ее образовании. Это хорошо, ведь малышке надо было чем-то заниматься целыми днями в усадьбе.

– Ксения, не могла бы ты оставить нас с Ниной наедине?

Девушки снова переглянулись. В глазах Ксении мелькнуло любопытство, в то время как Нина была сбита с толку.