Ягайло однолеток с Дмитрием. И сродич с московским князем, сестра Елена-Евпраксия замужем за братом Дмитрия Владимиром. И в Твери тоже родичи через мать Ульянию, великая княгиня Евдокия племянница ей, а через нее и Тверь с нижегородскими князьями. Литва с русскими княжествами родством связана тесно, кого ни копни, всюду русские корни найдутся, то брат, то тесть, то зять, то свояк… Сам Ягайло наполовину русский, и земли, что под ним, тоже русские, это дядя Кейстут, тот на литовские метит…

Дмитрий Московский молодец, сумел многие русские княжества то ли объединить, то ли подмять под себя. И что, все против Мамая пойдут? Даже Олег Рязанский, который всегда в стороне держится? Киприан глянул строго:

— Олег и ныне в стороне держаться станет.

Как он сможет стоять в стороне, если через его земли Орда пойдет? Хотя сидел же в своей Рязани, пока московские рати на его земле на Воже бились, точно и не ведал, что под боком творится. Но Мамая много раз одинаково обмануть не удастся. Он больше русским не верит. Если над Дмитрием возьмет верх, то придет очередь того же Олега и самого Ягайлы.

Так что ж, он должен в угоду ордынскому темнику русских со спины бить? Мелькнула мысль: а если как Олег Рязанский? Нет, не сидеть в Киеве, а выйти, но не дойти. Или обойти ордынцев и ударить сзади не Дмитрия, а Мамая? Очень заманчиво, да только Мамай не один, это лишь часть Орды. В Сарае силу набрал Тохтамыш, осилит Дмитрий Мамая, завтра более сильный хан Тохтамыш на Русь пойдет.

По розмыслу им с Дмитрием договориться бы, тогда и Орда не страшна, но вот беда — в спину самого Ягайлы жарко дышит дядя Кейстут. И сын его Витовт своего часа ждет не дождется. Литовцы с Кейстутом не простят сговора с Москвой, сразу свою часть отделят. Нет, Ягайле ослабнуть и на миг нельзя, в него тут же вцепятся, и не Русь порвут, а Литву!

Тяжелые раздумья закончились решением по уговору с Мамаем выйти, а там как Бог даст.

Он знал, что Дмитрий прошел границей между его и Олеговыми землями, чтобы не задевать ни того, ни другого, и уже почти на Дону, а там дожидается самого Ягайлу Мамай. До Непрядвы, где уже и Дмитрий, и Мамай, всего день пути, а если спешить, то и того меньше. В самом литовском войске явный разброд, есть такие, что хоть сейчас назад поворачивай, бить в спину русским супротив ордынцев душа не лежит. Но много и тех, для кого полки князя Дмитрия не русские, а просто москали, которых надо примерно наказать за заносчивость и хорошо пограбить.

Трудный выбор у князя Ягайло, очень трудный. Для Дмитрия Ивановича трудна сама битва, если не выдюжит, то ни ему не быть, ни Руси, а для литовского князя труден выбор.

К стоящему перед шатром Ягайле подошел воевода:

— Олег Рязанский на пути стоит, разведка вызнала.

— На чьем пути?

— На нашем.

Брови Ягайлы поползли вверх:

— Биться изготовился?

— Нет, просто встал. Нас ли ждет?

— Нас… да только зачем?

— Вместе к Мамайке спешить. Русские небось уже у Дона встали. Завтра Мамай его вброд перейдет и ударит, а мы бы сзади поспешили, а?

— Так чего же Олег не подходит на помощь к Мамаю?

— А пес знает, что у него на уме. Олег Рязанский всегда норовит в стороне остаться.

— Его не кори, у него княжество так лежит, что то слева бьют, то справа, не успевает Рязань из пожарищ поднимать. Станешь тут каждому гусю пролетному кланяться, не то Мамаю с его войском. Нам-то что делать?

— Как что? — изумился Федор. — Спешно к Дону идти и сзади бить московские полки!

Ягайло долго смотрел вдаль на краснеющее закатное солнце, потом вдруг вздохнул:

— У тебя мать русская?

— Русская, — подивился воевода.

— И у меня тоже…

Глядя вслед скрывшемуся в шатре Ягайле, Федор почесал затылок:

— Русская-то русская, а как же сговор с Мамаем?

Утром князь отдал приказ: готовиться к выходу! Коней… перековать, оружие привести в порядок, латникам просмотреть все кольчуги, чтоб в порядке были!

Воевода ахнул:

— Да на это, Ягайло Ольгердович, и дня не хватит!

— Пусть делают, что сказал! Я не спешу.

И своего коня князь вдруг тоже повелел перековать. Слуга поразился:

— Ведь кован неделю назад!

— А ты снова перекуй!

К середине дня наметом примчался гонец: русские полки ночью тайно переправились через реку, поутру битва началась!

— А рязанцы где?

— Стоят на месте, может, нас ждут?

— Пусть ждут.

— Поторопиться бы, Ягайло Ольгердович?

— Куда?! Кони не кованы! Лошадей сгубить хочешь?!

Князь весь день не находил себе места, то и дело поглядывая в сторону Дона и Непрядвы. Что там происходит?