— Пойду посплю немного, — сказал Джейк. — Мне не стоит сейчас бродить среди гостей. Увидимся, Кэролайн.

Она кивнула, в горле у нее стоял ком.

В последующие дни Кэролайн горько винила себя за то, что была слишком поглощена собой и не замечала, какие чувства испытывает к ней Джейк. Она сильно скучала и порой думала, что, отказав ему, добровольно лишила себя шанса стать счастливой, о чем потом сильно пожалеет.

Как-то вечером после работы она решила выйти в море. Возможно, изнурив себя физически, она сумеет наконец заснуть, а не будет ворочаться всю ночь с открытыми глазами. Кэролайн сказала Еве, что уходит, и направилась на верфь.

Мистера Купера на месте не оказалось, но один из его сыновей отвез Кэролайн на «Русалку».

Она пробыла в море около часа, когда ветер начал свежеть, спокойные гряды облаков превратились в быстро бегущих барашков. Поскольку она была одна, то решила подстраховаться и надела спасательный жилет. Не успела она это сделать, как стало ясно, что надвигается шторм.

Кэролайн была на полпути к пристани, когда ее охватила тревога. Она заметила, что в море нет ни одного паруса. Там, где двадцать минут назад мелькали по крайней мере пять яликов, простиралось пенящееся море с белым кружевом волн. Солнце исчезло за горизонтом, небо затянуло тучами, и свет быстро угасал.

Опаснее всего было наткнуться на коралловые рифы. В спокойную погоду они были хорошо заметны под водой. Но теперь, когда ветер поднимал высокие волны, надеяться можно было только на удачу.

Но беда пришла с другой стороны. Внезапно поднялся сильный ветер. Кэролайн не справилась с парусами, и «Русалка» перевернулась. На мгновение ее охватила паника. Казалось, море хватает ее жадными когтями и тянет в пучину. Она пыталась выбраться на поверхность, но запуталась в мокрых парусах.

Однако, как только Кэролайн удалось поднять голову над водой, она мгновенно успокоилась. «Не будь дурой, — грубо сказала она себе. — «Русалка» не какая-нибудь паршивая шлюпка. Если будешь держать голову над водой, то не утонешь».

Но вернуть «Русалку» в нормальное положение при штормовой погоде оказалось ей не под силу. Кэролайн удалось найти и освободить фалы, но одна она не могла выровнять перевернутый ялик. После нескольких изнурительных попыток она поняла, что придется ждать помощи. Если она не вернется до наступления темноты, сын Купера непременно поднимет тревогу. Оставалось лишь держаться за корму и ждать. По крайней мере, море здесь не такое холодное, как дома.

Но, пробыв в воде примерно полчаса, Кэролайн почувствовала, что стала замерзать. Ветер не стихал, а усиливался. Сумерки быстро превращались в ночь.

«Без паники. Они все еще могут найти меня», — успокаивала себя Кэролайн. Но она понимала, что не может держаться на воде вечно. Ее руки уже затекли от кистей до плеча, и голова начала странно кружиться.

Когда она услышала отдаленный шум двигателя, то испугалась, не кажется ли ей это. Потом по «Русалке» полоснул луч света, и Кэролайн поняла, что это не мираж. К ней приближалась лодка. Ее мучения кончились.

Судя по звуку двигателя, это был мощный катер. Кэролайн знала, что он не сможет подойти слишком близко без риска протаранить «Русалку». А у нее уже не было сил проплыть даже небольшое расстояние.

За ней отправился сын Купера. Он обвязал вокруг нее спасательный трос, крикнул что-то находившимся на борту и потянул ее за собой, как пойманную рыбу. Несколько сильных рук втащили Кэролайн на борт, кто-то снял трос и спасательный жилет, завернул ее в одеяло, отнес в кабину, положил на койку и поднес к губам бренди.

После темноты в море свет лампы показался ослепительно ярким. Кэролайн лежала, закрыв глаза, дрожа от усталости и нервного напряжения. Руки, нежно вытиравшие ее лицо, принялись массировать ей ноги.

— Вам лучше? — раздался голос.

У Кэролайн не хватило сил даже на то, чтобы удивиться. Что делает Иан на борту? — вяло подумала она.

Он опять поднес к ее губам стакан, и на этот раз бренди разлилось теплом по всему ее телу. У Кэролайн закружилась голова.

Иан приподнял ее и, будто раздевая ребенка, стянул мокрый белый свитер, потом отложил в сторону намокшее одеяло и завернул в сухое.

После этого на нее навалился туман. В полусне Кэролайн слышала, как завели двигатель и как ходили и кричали на палубе люди. Потом койка стала мягко колыхаться, лампа превратилась в далекий золотистый шар, и Кэролайн ужасно захотелось спать. Она по-прежнему была в приятной полудреме, когда Иан вынес ее на пристань и посадил на заднее сиденье машины. После этого воздействие сильного шока и бренди на пустой желудок стало медленно рассеиваться.

Вместо того чтобы отвезти ее в «Тропикану», Иан направился к большому белому зданию, которое Кэролайн приняла за больницу, пока они не очутились в просторном холле частного дома.

— Где мы? — озадаченно спросила она.

— В моем доме. — Иан понес ее по широкой извилистой лестнице и дальше по застеленному ковровой дорожкой коридору.

Появилась цветная женщина. Поставив Кэролайн на пол, но по-прежнему поддерживая за талию, Иан сказал:

— Белл, это мисс Браунинг. Ее лодка перевернулась во время шторма. Высуши ей волосы, хорошо? Я позову доктора Вулфа.