Марго тихо вошла в кабинет и пристроилась за спинами сотрудников. Посмотреть выступление, теперь уже бывшего Президента она успеет и вечером, а слышно и так было достаточно хорошо.

Вскоре все закончилось, удивленный и ошарашенный народ потянулся к выходу. Марго, пропуская их, прижалась к стене. Кабинет быстро опустел. Она тоже повернулась и хотела уже выйти, но Юрий Николаевич остановил ее:

Обидно, правда? Протянуть бы все это еще чуть-чуть, глядишь, и закончилось бы все по-другому.

Марго вздохнула и неопределенно пожала плечами. Она вспомнила, что один умный человек сказал по этому поводу – история не имеет сослагательного наклонения, и жизнь человеческая тоже.

Приходи к нам отмечать Новый год, отдохнешь, расслабишься, - пригласил он.
– Надеюсь, у тебя нет никаких планов на эту ночь?

Не знаю, - неопределенно протянула она, - не хочется вам праздник своей кислой физиономией портить.

Да брось ты. Все-таки новое тысячелетие, а ты его на пару со своим жирным котом встречать будешь? – усмехнулся Юрий Николаевич.

Ладно, я еще подумаю, но вы места для меня и Максика все-таки приготовьте. Мы же с ним тогда на ночевку останемся, - и Марго, наконец, впервые за долгое время, неуверенно улыбнулась.

В этот момент из-за слоя облаков пробился совсем маленький и слабый солнечный лучик, скользнув по кабинету, он опять скрылся в тучах. Марго расценила это, как хорошее предзнаменование и сразу же решила, что пойдет встречать Новый год к Юрию Николаевичу. Свинцовая тоска понемногу отступала.

Она ведь так и не видела свою чашку. Людям свойственно желание заглянуть в свое будущее. Но Марго знала человека, который сказал, что не хочет его знать. Она была с ним согласна и решила, что просто будет надеяться на лучшее. Вдруг оно все-таки наступит? А смотреть она станет исключительно чужие чашки, и не будет брать близко к сердцу проблемы случайных клиентов. Она вышла из кабинета и по пути заставила себя думать исключительно о том, в чем она будет встречать новое тысячелетие.

Вечером, готовясь к первому за долгое время выходу, ей удалось уговорить себя хотя бы на время забыть все печальные мысли. В машину, присланную за ней, она села, почти довольная жизнью, прижимая к себе Максика, растерянного от вида снежной улицы и неожиданной перемены привычной обстановки.

К счастью, гостей оказалось совсем немного и все свои. Когда часы пробили полночь, а все как-то незаметно оказались в новом тысячелетии, Юрий Николаевич торжественно сказал:

Маргарита Юрьевна, мы тут с товарищами посоветовались и решили признать вас лучшим сотрудником банка за прошедший год.

Спасибо, - смущенно пробормотала Марго.

Но это еще не все, - продолжил банкир.
– Лучшему сотруднику мы решили сделать подарок.

Он протянул ей конверт, в котором лежало что-то маленькое. Марго заглянула внутрь. Там был ключ. Она непонимающе подняла глаза на Юрия Николаевича.

Пошли, посмотришь от чего этот золотой ключик, - пригласил он ее.

Вся компания высыпала во двор коттеджа, и перед изумленным взором Марго предстала небольшая салатового цвета машина, перевязанная многочисленными яркими ленточками.

Это мне? – недоуменно спросила она.

Конечно, - подтвердил Грищенко.

Но я ведь и водить-то не умею, - растерянно улыбалась Марго.

Ничего, научишься. Теперь у тебя стимул будет.

Выбежавший вслед за ними Максик потерся об ее ноги и, пытаясь заглянуть в глаза, уверенно что-то говорил на своем кошачьем языке, видимо, подтверждая слова Юрия Николаевича. Марго взяла кота на руки и прижала к себе увесистый теплый комок.

Стимул и, правда, оказался хорошим. Теперь львиную долю своего свободного времени Марго посвящала изучению правил вождения и даже записалась на курсы. К ее удивлению, она оказалось очень хорошим учеником, а потом водителем.

Марго схватывала все на лету. И уже к концу весны бойко рассекала улицы города на своем красивом новеньком «Фольксвагене».

В последнее время все шло, в общем-то, неплохо. Только спокойному течению ее жизни постоянно мешала Ольга. Видимо, испытывая угрызения совести, от того, что Марго правдиво предсказала ей такое удачное замужество, а сама оказалась как бы не у дел. Ольга ей сочувствовала, потому что сама выхлебала достаточно из этой горькой чаши, называемой одиночеством, поэтому она периодически пыталась с кем-нибудь познакомить Марго. Но та упорно отказывалась. Она боялась и не хотела еще раз пережить даже теоретическую вероятность тяжелой потери.

Офис «Техбанка»

кабинет Марго

После чудесного спасения брата и так счастливо оборвавшейся рабской зависимости от Шамиля, Ирина почувствовала себя совсем другим человеком. Вскоре она стала всеобщей любимицей. Ирина, конечно, понимала – чудес не бывает, и догадывалась, что все произошло не без участия Маргариты Юрьевны. Будучи человеком неискушенным в хитросплетениях сложной науки психологии, Ирина все-таки сумела сопоставить отдельные намеки и интонации. Поэтому считала себя бесконечно обязанной этой красивой женщине за освобождение брата.