Они направились к выходу из аэропорта. Уже подходя к стоянке, Марго вдруг почувствовала, как в душе нарастает не просто волнение и ожидание чего-то плохого. Это были ужас и паника, которые захватили ее целиком. Стало трудно дышать, на лбу выступили бисеринки пота. Она прикрыла глаза и покачнулась.

Юрий Николаевич поддержал ее. В искусственном свете многочисленных фонарей лицо Марго казалось ему совершенно белым. Он видел, что это не обморок. Ее глаза под прикрытыми веками продолжали двигаться очень быстро. Она опять что-то видела, и он был уверен, судя по ее лицу, это что-то – очень плохое.

Вначале Марго увидела темное ночное небо, усыпанное звездами, и небольшую мигающую красную точку в нем. Неожиданно точка дрогнула, увеличилась, распалась на множество маленьких горящих в воздухе точек. Наверное, это был какой-то взрыв, потом безо всякого перехода перед ее глазами поплыли искореженные куски металла, человеческих тел, обгоревшие вещи и обрывки бумаг, которые вперемежку валялись на земле, слегка припорошенной снегом. Она всмотрелась в куски металла – ближе и внимательней… Внезапно она наконец поняла, что было не так с самолетом, который она недавно смутно видела в своей чашке – он был, как бы надломлен посередине, а небольшие точки вокруг это – взрыв. Все встало на свои места.

Самолет! Его надо вернуть! – вскрикнула Марго, как только открыла глаза.

Тихо, тихо, успокойся, - Юрий Николаевич потащил ее к машине.
– Тебе просто что-то показалось.

Он всячески старался успокоить, хотя в глубине души верил ей. Юрий Николаевич прекрасно знал, что «просто показаться» Марго ничего не может, значит, вот-вот должно случиться страшное несчастье.

Не что-то, - она в отчаянии трясла головой, - сейчас произойдет авиакатастрофа.

Над ними совсем низко, постепенно набирая высоту, пролетел самолет. Может быть, именно тот, на котором летел Сергей. В темном небе был виден только вытянутый силуэт и мерцающие цветные огоньки. Марго подняла голову, провожая его взглядом. В этот момент она поняла, что уже ничего нельзя изменить…

Самолет удалялся, поднимаясь вверх все выше и выше. Марго почувствовала, как по лицу катятся слезы. Она судорожно вздохнула и пошла догонять Юрия Николаевича. Хотелось надеяться, что он окажется прав, и все это ей только показалось.

Перед тем как сесть в машину, она последний раз взглянула в темное ночное небо, усыпанное звездами. Бортовые огоньки превратились в точку, которая продолжали удаляться.

Неожиданно эти точка дернулась, как бы замерла в воздухе, а потом дрогнула, увеличилась в размерах, в небе что-то полыхнуло. И сразу же множество маленьких горящих в воздухе точек, кувыркаясь, неровными, рваными скачками понеслись вниз к земле… Боковым зрением Марго заметила, что Юрий Николаевич буквально выскочил из машины, глядя вверх. Значит, он тоже заметил это. Видение снова было правдивым, и она опять слишком поздно это поняла.

Ничего уже нельзя было сделать, или изменить. Ни-че-го! Только что взлетевший борт должен быть заправлен под завязку…

Взрыв не заставил себя ждать. Небо осветилось яркими всполохами. Через секунды они оказались скрыты черными клубами дыма, едва различимыми на ночном небе. И наступила давящая на уши мертвая тишина. Марго беспомощно огляделась по сторонам.

Оказалось, что на улице собралось много людей. Все они видели катастрофу. Это уже не было только ее видением. Это было страшной непоправимой правдой.

Посиди в машине. Я схожу, узнаю, какой это был рейс, - почему-то шепотом сказал Юрий Николаевич, подталкивая ее к машине.

Не надо, - Марго почти упала на мягкое сиденье «Мерседеса», - я и так знаю, какой.

Юрий Николаевич тоже это знал, поэтому не стал спорить, а захлопнул дверцу и включил зажигание. «Мерседес» мягко тронулся.

Столичный кабинет

высокого военного начальника

Несмотря на поздний час, генерал не уходил. Он ждал звонка. В тишине кабинета даже мелодичный звонок мобильника прозвучал резко и неожиданно. Генерал вздрогнул и поднес телефон к уху.

Включите телевизор, - отрывисто прозвучало в трубке, пошли гудки, абонент отключился.

Генерал щелкнул пультом. На экране появилась заставка экстренного ночного выпуска новостей.

Мы начинаем наш выпуск с печального сообщения, - начала диктор хорошо поставленным голосом.
– Только что на информационных лентах появилось сообщение о крупной авиакатастрофе произошедшей около часа назад…

Генерал прослушал информацию и вздохнул с облегчением. Теперь все позади, проблемы остались в прошлом, ему больше нечего и некого бояться, не о чем волноваться. Все концы обрублены окончательно и навсегда.

На место прибыла следственная группа, выживших, нет. Теперь дело за «черным ящиком», может он сумеет пролить свет на эту ужасную авиакатастрофу, - этими словами журналист завершил прямой репортаж с места события.

Генерал нажал кнопку вызова:

Чаю, пожалуйста.

Через несколько минут в дверях возник тот самый майор, но уже с новыми погонами подполковника и с подносом в руках. Он улыбался. То, что произошло, должно привести его к следующему повышению очень скоро. Все идет просто прекрасно. Он молча поставил чашку перед шефом.