— Это Росс Уэбстер, сэр. Победитель на ежегодном конкурсе гуманистов.

Уайт стряхнул пепел со своей сигары, его нижняя губа придавала ему циничное выражение.

— Олсон, ты когда-нибудь научишься соображать? Если этот парень — призер Гуманитарного года, то почему у меня только один его снимок и пятнадцать снимков этой, другой персоны?

Перри Уайт откусил кончик сигары и выпустил кольца дыма.

— Это Лорели Амброзиа. Она… женщина Уэбстера…

— Она — женщина Уэбстера, — прервала Лоис Лейн. — Оставим это так.

Джимми Олсон стряхнул капусту с рукава и еще раз показал на Уэбстера.

— Ему принадлежит фирма «Уэбко Индастриз».

Не подозревая о том, что и нос у него в горчице, Олсон предъявил Уайту еще одну фотографию.

— Это его сестра.

— На вид крутая девка, — сказал Уайт. Он поднял снимок и внимательно его рассмотрел. — Она не в фокусе, ты, дурень!

— С этой женщиной было что-то неясное, — возразил Олсон. — Какая-то дымка вокруг нее.

— Вокруг тебя дымка, Олсон. Ты что — шел сквозь завесу из горящего вазелина?

— Простите, сэр, не понял…

— Помалкивай, — Уайт раскуривал сигару, рассматривая Веру Уэбстер, сестру Росса Уэбстера. — Эта женщина — классическая старая дева.

Он постучал по фотографии пальцем.

— Я прав, Лоис?

— Правы, шеф.

Перри Уайт сдвинул сигару в другой угол рта.

— Она выглядит как замерзшая обезьяна…

Дверь открылась, и вошла мисс Гендерсон из Отдела распространения. От нее тоже мерзли бы обезьяны, если бы они у нее были. Это была сердитая дама средних лет, толкавшая перед собой лототрон для игры в Бинго. Возможно, она оттого и сердилась: машина была тяжелая, полная белых пластмассовых шаров. Перри Уайт обернулся к ней.

— Вам чего?

— Пришло время вам тащить выигрышный номер Бинго-Джинго за этот месяц, — сказала мисс Гендерсон.

— Почему я должен? — заворчал Перри Уайт, но мисс Гендерсон уже придвинула машину к его сигаре. Она повернулась к Лоис Лейн.

— Первый приз — бесплатная поездка в Южную Америку.

Мисс Гендерсон исполнила одно па румбы совсем на заграничный манер.

— Присядьте, мисс Гендерсон, — сказал Уайт. Он неохотно взялся за рукоятку лототрона Бинго. — Почему они в Отделе распространения не могут найти идиота, который мечтал бы заниматься этим дурацким состязанием?

— Давайте я выстрелю за вас, шеф, — сказал Джимми Олсон. — Я вам дам 2 доллара.

— Я тебе сам дам, Олсон, — сказал окутанный клубами дыма Уайт, нажимая на рукоятку.

— Это вам не печатная машина, шеф, — хихикнула Лоис Лейн.

Уайт быстрее завертел рукояткой, и белые шарики закрутились в барабане. Они с веселым треском стукались друг о друга, и его начинало увлекать это зрелище.

— Извините, мистер Уайт, — сказал, входя в кабинет, Кларк Кент.

— Не теперь, Кент, я пытаюсь все же выпустить газету.

Уайт изучал траектории крутящихся шаров, размышляя, можно ли удерживать их всех одновременно в воздухе или собрать их в центре.

Кларк Кент повернулся к Джимми Олсону.

— У тебя на носу горчица.

— Я снимаю, мистер Уайт, смейтесь.

— Я никогда не смеюсь, Олсон, это портит мой образ.

— Привет, Лоис, — сказал Кларк Кент, прилаживая свои очки и улыбаясь искаженному изображению Лоис Лейн.

— Привет, Кларк, — сказала она равнодушно, находя пластмассовые шары более интересными. — Какой же номер выигрышный, шеф?

— Почем я знаю, черт возьми! — Уайт замедлил вращение барабана, и один шар выпал. Он взял в руки маленький предмет размером с яйцо и прочел вслух:

— Пятьдесят три.

— Пятьдесят три! — прокричала мисс Гендерсон Отделу распространения, вытянув шею, как страус.

— Держите себя в руках, мисс Гендерсон, — Уайт толкнул лототрон обратно к ней. — И увезите это отсюда!

Брови мисс Гендерсон поднялись, демонстрируя железную решимость.

— Вы должны вытащить три номера!

— О, Бога ради! — запротестовал Уайт.

— По-моему, это удача, шеф, — сказал Джимми Олсон. — Я даю вам…

— Заткнись, Олсон.

— Да, сэр.

Кларк Кент шагнул вперед. Накануне вечером, когда все уже спали, он обсуждал с Перри Уайтом идею одной статьи и, как наивный глупец, все еще горел этой мыслью.

— Мистер Уайт, насчет статьи, о которой мы говорили…

— Я еще не знаю, Кент.

— Я лично думаю, сэр, что может получиться замечательная статья, — сказал Кент в своей мальчишеской манере.