— Так которая из них тебя интересует? — с притворным участием спросил он.

Рой растерянно уставился на него. Он понятия не имел, с чего начинать.

— Наверное, та, где разрешения на строительство, — сказал он неуверенно.

Когда служащий начал перебирать папки, Рой забеспокоился: а вдруг документы написаны таким заковыристым языком, что он вообще в них не разберется? Все равно что по-китайски?

— Хм… Папки с разрешениями и экспертными оценками здесь нет, — сказал служащий, подравнивая высокую стопку.

— Что это значит? — спросил Рой.

— Наверное, с ней кто-то работает.

— А кто?

— Это надо узнавать у начальницы, — ответил служащий. — А она уже ушла. Рабочий день заканчивается в полпятого, а сейчас… да, видишь, уже четыре двадцать семь. — Для убедительности он постучал по циферблату наручных часов.

— Ладно, тогда я приду завтра, — сказал Рой.

— Может, выберешь другую тему для своей работы? — преувеличенно вежливо спросил служащий.

— Спасибо за совет, — спокойно улыбнулся Рой. — Но я уже выбрал эту.

Из муниципалитета он отправился к магазину для рыболовов и на остатки обеденных денег купил коробку живых сверчков. Спустя пятнадцать минут он уже был на автосвалке.

Рыбохвата в фургончике «Йо-Йо» не оказалось, — только скомканный спальник валялся в дальнем углу. Рой немного подождал, но внутри было слишком жарко. Вскоре он уже катил на своем велике в сторону участка на пересечении Ист-Ориоль и Вудбери.

На воротах висел замок, крикливого лысого прораба не было видно. Рой пошел вдоль сетчатой ограды, высматривая Рыбохвата — или сюрпризы, устроенные Рыбохватом для «Бабушки Паулы».

Рой ничего бы не заметил, не спугни он сову, которая, выпорхнув из норы, приземлилась на кабине бульдозера. Тут Рой и увидел, что у бульдозера нет сиденья. И у остальных землеройных машин тоже.

Рой расплылся в улыбке. Теперь понятно, чем Рыбохват занимался прошлой ночью! Вот зачем он просил принести гаечный ключ!

Рой вернулся к воротам, открыл коробку со сверчками и поднес к сетке. Сверчки по одному выпрыгивали из коробки и приземлялись на участке. Рой надеялся, что совы ими поужинают, когда выберутся из своих нор.

Наверное, Рой успел бы смотаться, когда подъезжающая машина только начала сигналить, но он в это время стоял на коленях и терпеливо ждал, пока последний маленький сверчок выберется из коробки.

Потом отдельные гудки слились в сплошной вой, и синий пикап, взвизгнув тормозами, остановился рядом. Рой бросил коробку и вскочил на велосипед, но было поздно. Пикап перекрыл ему дорогу к бегству.

Лысый дядька с лицом свекольного цвета выпрыгнул из кабины и успел схватить велосипед за сиденье, оторвав заднее колесо от земли. Рой бешено крутил педали, но велосипед не двигался с места.

— Что ты тут делаешь? — орал прораб. — Как твоя фамилия? Кто тебе позволил лезть в частные владения? В тюрьму захотел?!

Рой бросил крутить педали и перевел дух.

— Я знаю, что ты затеял! — ревел лысый. — Знаю твои подлые штучки!

— Пожалуйста, мистер, отпустите меня, — попросил Рой. — Я просто покормил сов.

Свекольная краснота вдруг схлынула со щек прораба.

— Каких таких сов? — сказал он, сбавив тон. — Нет тут никаких сов!

— Есть, — возразил Рой. — Я сам видел.

Лысый сильно занервничал. Он придвинулся к Рою вплотную, обдав его запахом жареного лука.

— Послушай меня, парнишка. Никаких сов ты тут видеть не мог, понял? Ты видел… знаешь кого?.. Дикого цыпленка!

Рой аж поперхнулся от смеха.

— Ну вы даете!

— Точно тебе говорю. Мы тут поразводили этих… карликовых цыплят.

— Мистер, я видел сову, и вы это знаете. А я знаю, отчего вы так испугались!

Прораб отпустил велосипед.

— Ничего я не испугался, — с каменным лицом сказал он. — А ты не видел никаких сов. Теперь вали отсюда и больше не появляйся, если не хочешь загреметь за решетку, как тот пацан, которого я прошлый раз поймал на участке.

Рой осторожно обвел велосипед вокруг пикапа, вскочил в седло и помчался на полной скорости.

— Это были цыплята, понял? — завопил лысый вслед.

— Совы! — торжествующе крикнул Рой.

Он катил по улице Ист-Ориоль, плоской, как блин «Бабушки Паулы», но представлял себе, что взбирается вверх по крутому горному склону, — это помогало ему быстрее крутить педали. Он боялся, что прораб передумает и ринется за ним вдогонку. Вот сейчас послышатся гудки, ругань, и восьмицилиндровый двигатель пикапа дохнет жаром ему в спину…