— Понял, — кивнул Виктор.

— Вот и отлично. Постарайся объяснить девочке, что теперь ее безопасность зависит от нас. Кстати, это не блеф. Как только все завертится, Пилорама начнет охотиться за ней.

В этот момент женщина в трико вывела на сцену молоденькую девушку. Фома поднял глаза и окинул девушку внимательным взглядом.

— Это она? — спросил он.

Виктор кивнул.

— Да, это Маша.

Фома задумчиво хмыкнул, в его глазах зажегся интерес. Глядя на своего босса, Виктор вдруг испытал неприятное чувство какой-то странной тревоги. Он никогда не замечал за Фомой грязных наклонностей, но ходили недобрые слухи, будто хозяин большой любитель юных девочек и даже мальчиков. Насколько правдивы были эти сплетни Виктор не знал и в общем-то ему было наплевать, как и с кем развлекается хозяин. Но сейчас очень не хотелось, чтобы Маша стала новой игрушкой Фомы. Было в ней что-то такое, от чего все переворачивалось в душе и сердце билось в сладостной тревоге. Виктор сам не мог разобраться в своих чувствах по отношению к этой девушке, но что-то сейчас заставило его пожалеть, что пришлось использовать ее в угоду хозяину.

А Маша была прекрасна — само воплощение чистоты и непорочности. Инга, хореограф клуба, обучающая девушек искусству обольстительных танцев, знала свое ремесло. При помощи нехитрого наряда она сумела создать для новенькой типаж, который особо подчеркивал ее природную грацию и обаяние невинности. Завсегдатаи «Афродиты» пришли бы в неописуемый восторг, доведись им сейчас увидеть девушку.

И все же при всем этом Маша казалась слишком зажатой. Она и в самом деле очень стеснялась, откровенная мини-юбка и узенький топ были для нее непривычны. На ее счастье прожектора освещали только сцену и Маша даже не догадывалась о присутствии других людей в полутемном зале.

— Артем, дай фон! — крикнула Инга куда-то в темноту.

Через мгновение зазвучала музыка.

— Давай, девочка, — подбодрила Инга Машу. — Хочу посмотреть, как ты двигаешься. Покажи, что ты можешь.

Откинувшись на спинку кресла, Фома внимательно наблюдал за репетицией.

— Она слишком скована, — заметил Фома.

— Ничего, освоится, — ответил Виктор.

— Нет, — возразил Фома. — У нее ничего не выйдет. У тебя, Витек, чайник хорошо варит, за это тебя и ценю. Ты способен проворачивать хитроумные аферы, можешь без мыла в задницу влезть, ни за что не поверю, что ты до сих пор не научился разбираться в людях. Похоже, у тебя к этой девочке есть личный интерес. Но она совсем из другого мира. Я это чувствую. Ты сам должен был это понять. Она никогда не приживется здесь. Она чужая.

— Чужая? — удивленно переспросил Виктор. — Что это значит?

— Не знаю, — задумчиво произнес Фома. — Я просто это чувствую. Что-то в ней не так, но что, пока не могу понять.

Эти слова заставили Виктора задуматься. Он внимательно посмотрел на девушку. Фома был прав. Хозяин высказал то, что Виктор и сам давно почувствовал. Интуиция Фомы была развита на уровне звериных инстинктов, он одним словом сразу определил необычность Маши — чужая. Именно это написано в ее глазах. Кажется, девушка сама не понимает этого, но все именно так и есть.

Между тем Инга пыталась добиться от Маши того, что ее было нужно.

— Ты отлично двигаешься, милая, но этого мало, чтобы работать здесь. Своим танцем ты должна заводить мужиков. Шевели попкой так, чтобы у них ширинки взорвались. Ты должна соблазнять. Это не дешевый бордель, где достаточно скинуть лифчик, чтобы возбудить мужиков. Ты должна свести их с ума еще до того, как начнешь раздеваться.

— Разве придется раздеваться? — с испугом удивилась Маша.

Она уже чувствовала себя голой, куда ж еще дальше раздеваться-то?

— Конечно, — спокойно ответила Инга. — Ты разве не знаешь, что такое стриптиз? Откуда ты свалилась? С Луны? Да-а, с тобой еще работать и работать.

Маша покачала головой и отступила на шаг.

— Я не смогу.

Инга рассмеялась.

— Сможешь, если захочешь, девочка. В этом нет ничего страшного или постыдного.

— Но я не хочу. Извините, я не смогу здесь работать.

Закрыв лицо руками от стыда, девушка убежала прочь. Инга удивленно посмотрела ее вслед, затем крикнула в темноту зала:

— Где ты нашел эту малолетку, Витя? С ней же невозможно работать!

Фома взглянул на Виктора.

— Ну и на что же ты надеялся? Мудришь, Витек, ох мудришь. Ты же прекрасно понимаешь, что девчонка слишком молода, наверняка еще девственница, такая работенка не для нее. Вообще все мы не для нее, а она не для нас. Она чужая.

Фома поднял свой бокал, пригубил вино и приказал:

— Проводи ее в кабинет. Я сам хочу потолковать с этой девчонкой.

Виктор кивнул и направился в гримерку. Он застал Машу всю в слезах. Девушка лежала на кушетке, уткнувшись лицом в шелковую подушечку, и горько плакала.

— Эй, Маш, да ты чего? — растерялся от неожиданности Виктор. — Перестань.

Девушка оторвала от подушки зареванное лицо и посмотрела на него.

— Зачем ты привез меня сюда? Мне страшно.

— Да перестань, Маша, успокойся, — Виктор присел на край кушетки и обнял девушку за плечи. — Не хочешь, не надо. Никто же тебя не заставляет.

— Увези меня отсюда, — попросила Маша.

— Конечно. Только чуть позже. Сначала тебе придется переговорить с боссом. Он хочет видеть тебя прямо сейчас.