— Так сейчас вроде успокоилось все.

— Это сейчас…

Сомневающийся мужик хмыкнул.

— Ну может и так, только зачем вся эта война-то? С этим Аванпостом связались…

— Я так думаю, что Диаметр наваляет Аванпосту.

— И?

— И выбьют их с их станций. Так что им придется валить к нам под крыло. А у нас тут свой угол, к нам Диаметр не сразу доберется.

— Так "Таганская" то на Кольце, а говорят, что Диметр на все кольцо нацелился.

— Может и нас выбьют. Только зря что ли Совет сейчас ставку на "Римскую" переносит?

— Вот, значит оно, оно чего?

— А ты как думал! Ладно, идем.

— А вот скажи, Семеныч…

Голоса удалились.

"— Ну и дела, — подумал Веник. — Похоже, в Метро вообще нормальных людей не осталось. Сплошные войны и интриги. Рвать отсюда надо! Доберусь с Толяном до его станции, а может и останусь с ним. Вдруг там нормальные люди.

Через некоторое время вернулся сокамерник. Веник начал было его расспрашивать, но тот только отмахнулся, отговариваясь тем, что о таких вещах на станции говорить опасно.

На следующее утро, после скудного завтрака, их снова погнали на дежурство. Перед входом в тоннель, там, где их обычно ждал третий напарник — Кузьмич, Веник не заметил старика. Вместо него стоял дебильного вида детина из другой смены, который держал в руках чайник с водой. Как понял парень, этот хмырь будет сегодня у них третьим.

Трое заключенных, да два конвоира направились в тоннель.

Во время пути, Веник наблюдал за новым напарником. Тот шел, безучастно размахивая руками.

"— А ведь он дебил, — подумал парень. — Лучше уж тихий Кузьмич"…

На баррикаде все было спокойно. Они заменили троих ночных дежурных и остались одни. Веник опустился на свое место, привалившись спиной к баррикаде. Толян тоже присел, почему-то выжидающе глядя на дебила, который безучастно стоял на рельсах с глупой рожей и к чему-то прислушиваясь.

Уже стихли шаги уходящей смены, а дебил все стоял не двигаясь.

Веник занервничал.

"— Как бы этот хмырь чего не выкинул", — подумал он.

— Ушли вроде, — сказал Толян.

Веник подумал, что это он ему, но с удивлением заметил, что тот адресовал эти слова дебилу.

Тот посмотрел в темный тоннель и опустил руки. Веник заметил, что у того в полумраке изменилось лицо.

— Ладно, — сказал дебил, поставив чайник на ящик. — Я пошел.

Он повернулся и направился в тоннель по направлению к станции, за ушедшей сменой.

Веник хотел что-то сказать Толяну, но тот приложил палец к губам. Молчи мол.

Шаги хмыря затихли вдали.

— Чего это он? — тихо спросил Веник. — Он что, совсем?..

— Так надо! — напряженно сказал напарник. — И следи за базаром.

Веник промолчал.

"— Фигня какая-то", — подумал он.

Ситуация с возможным побегом вдруг перестала ему нравится. Он чуть было не открыл рот, чтобы отказаться, но вовремя опомнился, припомнив угрозы Толяна.

"— Блин, — думал он. — Вот ввязался-то. Хотя, может быть все и так выйдет, что все будет наилучшим образом."

Однако настроение у него испортилось и он мрачно сидел рядом с молчащим напарником. Проходили минуты… Прошел наверное час, когда в тоннеле, раздались шаги со стороны станции.

Веник встрепенулся. Судя по всему это возвращался дебил. Толян тоже оживился вглядываясь в тоннель.

Вскоре к ним подошел их странный напарник и подсел между ними. С собой тот принес небольшой моток старого двужильного провода.

— Ну? — нетерпеливо спросил Толян.

— Что ну? — спросил дебил, глядя на Веника.

— Это Веник, — заметив его взгляд, сказал Толян. — Я про него тебе говорил.

Тут до парня наконец дошло, что этот дебил и есть тот самый бывалый тип, который должен их повести на свободу. Еще не зная как на это реагировать, Веник молчал.

— Ладно, — сказал дебил и протянул ему руку. — Я Ренат.

— Веник, Вениамин — сказал парень, пожимая на удивление крепкую руку и удивленно глядя, как безучастное лицо Рената преображается, принимая нормальное, человеческое выражения. Теперь, это был уже не дебил, а человек с решительным, волевым лицом.