Которые теперь кончились...

 Она потянулась и издала мягкий кошачий звук отчаяния. Ее начинал мучить голод. Двуногие уничтожили все хранилища для еды, отравили почти все туннели. Но туннели ведь тянулись на десятки километров во все направления. Ведь где-то в этом огромном мире должно остаться что-то. Однако она не собиралась таскаться в поиски. Она не хотела продлевать жизнь.

 Внезапно туннель содрогнулся. Это было почти перестальтическое движение, а не обычное сотрясение. Мать др-Ши никогда раньше такого не испытывала. Туннели иногда обрушивались, в них вторгались кринпиты, заливали дожди... Но никогда раньше земля не двигалась. Такого не может быть! Мать др-Ши испытывала то же самое, что испытывал бы человек, если бы вдруг воздух вокруг него разлетелся на мелкие осколки, как стекло.

 И затем, где-то в километре отсюда, на поверхности земли раздался звук. Это был не просто звук. Это была воздушная волна, которая ударила по ее ушным перепонкам, и в голове возник приятный шум, похожий на беспорядочные крики о помощи перепуганных детенышей. Однако с этого момента уже никогда детеныши не будут звать ее на помощь...

 Левое колено Мэгги ужасно болело и кровоточило. Кожа на нем давно была стерта до мяса. Ей было все труднее и труднее поспешать за теми двумя, что ползли впереди. Бог создал ее совсем не для того, чтобы ползать часами по подземным туннелям высотой всего девяносто сантиметров. Чтобы немного облегчить нагрузку на больное колено, она попыталась ползти, опираясь на руки и на здоровую ногу. Но через два метра она просто упала, ползший за нею Вандемир едва не наткнулся на нее. Двое впереди продолжали ползти, так что Мэгги пришлось удвоить усилия, чтобы не отстать, а это еще больше усилило ее мучения.

 Она остановилась, посмотрела на часы. Больше четверти часа до взрыва. До того момента, как взорвутся две гранаты и подорвут бомбу. К этому моменту они удалились примерно на километр. Достаточно для того, чтобы не пострадать. Она крикнула:

 — Отдых! — и перевернулась на спину, тяжело дыша затхлым воздухом.

 По счастью, в туннеле было не совсем темно, что оказалось для нее неожиданностью. Глаза ее уже привыкли к темноте, и она различала световые пятна, такие слабые, что даже было невозможно сказать, какого цвета.

 Мэгги услышала глубокий вздох в туннеле позади нее.

 Затем снова тишина.

 — Ван? — крикнула она.— Майор Вандемир?

 Грязные стены поглотили ее голос, ответа не было. Она перекатилась на живот, развернулась в туннеле и поползла назад.

 Запах мышей стал очень сильным. Мэгги включила фонарь на своем шлеме и увидела, что майор мертв. Один из подземников побывал тут, и нож, торчащий из глаза майора, подтверждал это.

— Черт,— прошептала Мэгги и вытащила пистолет. Свет фонаря прорезал тьму туннеля, но не смог успокоить ее. Туннель был извилистым, с боковыми ответвлениями, в каждом из которых ее мог поджидать враг, чтобы отвернуть ей голову.

 Она хотела крикнуть остальных, но остановила себя. Им не вынести тело майора из туннеля. К тому же майор загораживал весь проход и мог сослужить последнюю службу, блокировав продвижение преследователей.

Есть более лучший способ. Она достала одну из своих двух гранат, завела ее на десять щелчков и, катнув ее к майору, поползла прочь, как можно быстрее. Через сто секунд она бросилась ничком на землю, закрыв голову. Позади раздался взрыв, и она поняла, что обрушила туннель, похоронив доблестного майора. После взрыва она вдруг осознала, что не слышит своих спутников.

— Сэм! Чотник! — закричала она.

Они не отвечали, видимо не слышали ее приказа остановиться.

Она оставила свет фонаря на шлеме и поспешила за ними. Боль в колене сразу забылась сама собой. Когда часы показали время взрыва, она еще не нагнала своих спутников.

 Она быстро легла на спину. Сейчас можно было не закрывать голову. Либо она погибнет тут, либо нет. Все зависело от того, далеко ли она смогла отползти от места взрыва. Расстояния должно хватить. Взрыв, по расчетам, должен быть не очень сильным. Если все сделано правильно, он должен уничтожить только оружие Гризи. В расчетах она была уверена. Карта, ради которой Тинка и индонезиец пожертвовали жизнью, ясно показала, где находятся жизненные центры базы. Однако рассматривать карту на поверхности земли и попытаться сориентироваться под землей — это разные вещи. Сейчас Мэгги даже не была уверена, что она правильно ползет обратно. Нужно было протянуть от выхода шелковый шнур.

 И в это время раздался взрыв. Точно в назначенный срок. И она осталась жива.

 Ей даже не было страшно. Значит, хотя бы в этой части ее план сработал. Теперь, если Крис правильно проведет атаку... если они не забудут накидки от радиации... если Гризи не успеют опомниться и оказать сопротивление... если бомба заложена туда, куда надо... слишком много если. Нет, ей нужно быть там, наверху, со всеми, а не здесь.

 Какой-то глухой звук привлек ее внимание. Она посмотрела и увидела, что целая секция потолка рухнула в туннель и завалила его.

 Последствия взрыва? Может быть, но маловероятно. Подземники пытаются устроить ловушку для врага? Ведь ее можно было так просто выследить по кровавому следу от раны на колене.

 Пора выбираться отсюда. Содрогаясь от мучительной боли и замирая от страха, Мэгги ползла вперед.

 Через десять метров голова ее уткнулась в стену.

 Она снова включила свет. Свежая земля. Значит, подземники замуровали оба выхода из туннеля. Она быстро развернулась. Сзади никого. Она была одна.

 Мэгги Меннингер сказала, обращаясь к стене: