Торк и Отта вполне для этого подходили, они молоды, им будет куда легче перестроиться, а если взять в расчет то обстоятельство, что они собирались обзавестись семьями, то дело приобретало и вовсе хорошие перспективы. Тут вполне может получиться небольшой такой и ладный поселок. Ни врагов, ни набегов, людям здесь делить нечего, разве только клятые зобы, все время путают охотничьи угодья. Ну и что? Их поселок ни на что претендовать не будет, здесь и вовсе получается ничейная территория, посредине между зимними и летними стоянками. Так что они никому помехой не будут. Правда, дичь здесь уже повыбита, но и это не проблема: можно отловить нескольких телят этих самых зобов, лошадей, кабанчиков и спокойно выращивать их в загонах. Точно нужны помощники. Кому-то за скотом ходить, кому-то поля возделывать, кому-то в кузне заниматься. Только бы получилось сманить парней.

Наконец вернулись ребята. Отсутствовали они четыре дня вместо трех. Дисциплинка, однако. Но Дмитрий не стал им ничего высказывать, только показал четыре пальца и тяжко вздохнул, на что они лишь бесшабашно улыбнулись и пожали плечами. Бывает, мол. А кто против, у раздолбаев еще и не то бывает. Ну хоть соль привезли без халтуры, ровно три корзины с горками, и то ладно. Вот как с такими налаживать сельское хозяйство и промышленное производство, о чем тут вообще может быть речь? Но все одно — какие-никакие, а помощники, и они ему нужны. А вот детишек уже он приучит к работе, иначе на безоблачной и сытой старости можно ставить жирный крест.

В ответ на так беззастенчиво порушенную дисциплину Дмитрий приговорил этих проходимцев к наряду на работу, разумеется, сам же этот наряд и возглавил. Пора было ставить еще две печи. Одна — это гончарный горн, все же посуда ой как нужна. Ну и что, что они пока вполне обходятся, можно и котелок приспособить под печь, но ведь все это крайне неудобно. Нет, керамика лишней никак не будет. Вторая — кузнечный горн. Ставить нужно сразу и с размахом, под большие заготовки, чтобы потом не переделывать.

Сайна очень удивилась, когда до нее дошло, что именно затеяли мужики. И чего так корячиться, когда достаточно выкопать яму, куда загрузить подсушенную посуду, обложенную дровами, а затем подпалить все это хозяйство. Только дров загрузить побольше и потом почти весь день поддерживать там огонь, а затем оставить остывать. Вот когда все угли превратятся в остывший пепел, можно вынимать. Они всегда так делали, и проблем с посудой никаких.

Это да, это Дмитрий заметил, но и качество получалось так себе. Их горшки довольно часто приходили в негодность. Может, все дело в некачественном обжиге, может, в неправильно подобранном составе глины, все ведь зависит от жирности этого ингредиента. Еще при формовании кирпичей он опробовал глину по методу, который ему поведал директор кирпичного завода. Все довольно просто, а потому и в память впечаталось раз и навсегда.

Берется глина, замешивается до получения однородного теста, затем из нее лепится шарик диаметром сантиметров пять и блин сантиметров десять. Изделия просушиваются в тени трое суток, после чего смотришь, нет ли трещин. Есть, глина жирная — значит, ее нужно разбавлять песком, опытным путем определяя пропорцию, — тут однозначного рецепта нет. Нет трещин — берешь шарик и роняешь его с высоты одного метра на твердую поверхность. Устоял шарик — глина нормальная. Рассыпался — плохо дело, потому как тогда процесс наращивания жирности очень трудоемок. В этом случае порой проще копнуть ее где-нибудь в другом месте.

На полуострове глина оказалась приемлемого качества для кирпичей, что подтвердилось практикой. Но керамика — это вам не кирпич, тут все иначе. Дмитрий из любопытства все выспрашивал того знакомого дедка-гончара, как он определяет, какая глина ему пойдет для посуды, а какая нет. Ответ был прост. Оказывается, дедок всю жизнь берет рабочий материал из одного и того же места. А и то, чего голову ломать: надыбал место — и пользуйся, там и твоим внукам и правнукам хватит. Кстати, то место нашел дедушка того дедка, одним словом, еще при царе горохе, а сам, наверное, опытным путем определил. Одним словом — тайна, покрытая мраком.

Ему не оставалось ничего иного, как выяснить все это на личном опыте. Все как всегда — методом проб и ошибок. Но выхода не было, нужно добиться желаемого результата, а сколько это займет времени — то уже вопрос десятый. Лучше бы поменьше: ведь вон как повезло с кирпичом, а то песку не навозился бы.

С печью особо мучиться не пришлось, благо на постройке первой, той, что в доме, руку уже набил. Тут конструкция иная, да только опять-таки свод поднимать. А как иначе устроишь перекрытие между топкой и самой жарочной частью? Получилось все устроить за день. Верхняя часть сделана в виде купола, сверху только небольшое отверстие, сбоку — загрузочное окно, которое при каждом обжиге нужно закладывать и замазывать. В нижнем тоже несколько хитрых дыр, чтобы жар от топки хорошо поступал к посуде, но в то же время чтобы не было открытого пламени: нечего ему там делать. Одним словом, воссоздал ту самую печь, которую видел в свое время.

На следующий день приступил к устройству кузницы. Останутся парни или нет, непонятно, так что пока есть помощники, нужно сделать то, что самому будет трудно. Да-а-а. Пока в тягость парням. Чего интересного в том, чтобы сложить печь? Ну да, разные они, но ведь все так похоже: подноси кирпичи, меси глину, придержи, подай, отойди, не мешай. Скучно. Что тут скажешь, охотники, чтоб им ни дна ни покрышки.

Посетовал было, что свежего мяса надо бы, — так эти гады чуть с ходу не подорвались и не умчались в лес. Пришлось остудить — мол, завтра, давайте сегодня закончим с делами. Ну очень надо. Ага? Трудно им далось это решение, но все же согласились обождать, добытчики, йошки-матрешки. Набрать целый гарем, что ли? Местные женщины вполне трудолюбивы.