— Держись крепче, Док! — громко сказал Сделка, причем в его голосе снова прорезались южные интонации.

Продолжая удерживать Алекса на весу (щупальце, на конце которого сидел мой сын, даже ни разу не качнулось), Сделка без труда расчистил дорогу для меня и Санни, легко и непринужденно раздвигая людей корпусом, словно ледокол, движущийся через арктические ледяные поля. Впрочем, когда люди оборачивались, чтобы посмотреть, что это за штука мягко и неумолимо надвигается на них сзади, они сами спешили уступить дорогу: похоже, мало кто из присутствующих когда-либо видел торговца во плоти. По идее, именно Сделка должен был стать центром всеобщего внимания, и я, как ни старался, так и не смог представить, что же могло отвлечь зевак от столь примечательного зрелища, как настоящий тсф.

— Прошу прощения, сэр и мадам, — окликнул нас кто-то из секретных агентов. — Не могли бы вы пропустить нас вперед?

Вполне понятно, что профессиональные охранники хотели находиться как можно ближе к тому, кого их послали охранять, но Сделка протянул поверх моего плеча одно из своих щупалец и слегка постучал агента по груди. Тот понял намек и больше нас не беспокоил.

Из толпы мы выбрались неподалеку от вице-президента, и я наконец получил возможность как следует рассмотреть объект, привлекший всеобщее внимание. Эта блестящая штука чем-то напоминала старомодный киноэкран или, точнее, его призрак; Во всяком случае, она была тонкой, как мыльный пузырь, и постоянно колыхалась, словно занавеска на сквозняке. Эл, наверное, назвал бы ее «пленчатой». На колышущейся поверхности появлялись и исчезали движущиеся изображения людей и инопланетян, почему-то окрашенных в самые неожиданные цвета. Из-за этого мне трудно было разглядеть их во всех подробностях, но мне показалось, я узнал Сделку, Гару, Эла, Хаксель — и вашего покорного слугу.

— Хорошо, сдаюсь, — проговорил я после довольно продолжительной паузы. — Что это? Испорченный видеоэкран?

В ответ Сделка неопределенно взмахнул щупальцами.

— Сдается мне, старина, это посадочный маяк. Я только никак в толк не возьму, зачем гуюкам вообще понадобилась эта штука! Они ведь могут…

Позади меня раздались громкие сердитые голоса, и я обернулся посмотреть, в чем дело. Агенты, которые тащили наши чемоданы, и агенты, охранявшие Сделку, громко спорили из-за того, кто где должен стоять. За их спинами трое моих приятелей из НАСА ухмылялись и показывали мне поднятые большие пальцы. Я ухмыльнулся в ответ, однако самый вид знакомых лиц заставил меня ненадолго вернуться в те далекие времена, когда мы работали вместе. В течение нескольких очень странных секунд я смотрел на происходящее глазами человека, который был на двадцать пять лет моложе, ясно различая произошедшие за это время перемены, и мне казалось, будто между мной прошлым и мной нынешним лежат не жалкие четверть века, а по меньшей мере несколько столетий.

Например, теперь косметикой пользовались не только женщины, но и мужчины. Благодаря широкому использованию инфоматов, человеческие глаза превратились в подобие видеокамер, изображение с которых в любой момент могло оказаться в мировой информационной сети, поэтому большинство людей пребывали в постоянной готовности к съемке крупным планом. Тональные нанобальзамы для зубов и волос, нанокремы для кожи и прочая нанокосметика позволяли месяцами поддерживать прически и улыбки в безупречном состоянии. Светлокожие люди использовали нанозагар, смуглые щеголяли эрзац-румянцем. Далеко не все мужчины использовали тушь для ресниц, однако белки глаз у всех были точно фарфоровые. Неужели, подумал я, мы постепенно превращаемся в искусственных людей, состоящих не столько из плоти и крови, сколько из пластика и электронных механизмов? Это последнее соображение пришло мне в голову, когда я заметил по меньшей мере шестерых мужчин, размахивавших в воздухе руками, словно они работали с сенсорным экраном. Еще сравнительно недавно я бы решил, что эти люди нуждаются в моей профессиональной помощи. Кроме того, особого внимания заслуживала одежда последнего поколения…

Щелчки, которые издавал Сделка, отвлекли меня от дальнейших размышлений.

— С другой стороны, — громко сообщил торговец, — возможно, это никакой не маяк, старина. Этих ребят не поймешь, пришельцев то есть… Ну а гадать… Мы ж не гадалки, верно?

Пародируя южный выговор, Сделка слегка перебарщивал, но я тем не менее расслышал, как несколько человек в толпе хихикнули.

— Видишь на экране знаки в форме человеческой руки? — добавил Сделка уже значительно тише.

Ничего такого я не видел и даже после подсказки торговца разглядел упомянутые знаки далеко не сразу, однако спустя какое-то время я их заметил — заметил и удивился, как я не обратил на них внимания раньше, ведь они были единственным, что колышущаяся поверхность транслировала постоянно.

— Теперь вижу, — ответил я, также понижая голос. — Только это не человеческие руки, Сделка. Это… ума не приложу, у какой расы по четыре пальца на верхних конечностях.

— Ты серьезно?

— Ах да, большие пальцы не считаются, верно? Но тогда… — Обогнув Сделку, я решительно шагнул к экрану. Когда я оказался совсем рядом с ним, мою кожу словно закололи сотни невидимых иголочек, а во рту появился металлический привкус — последнее, впрочем, могло быть следствием легкого страха, который я испытывал. Стоило мне приблизиться, как изображение руки проступило четче, а главное, оно перестало перемещаться по всему экрану, замерев сравнительно недалеко от земли, так что приложить к нему пальцы оказалось очень простой задачей.

Физически, но не морально… Кажется, в решительный момент мне все же удалось не зажмуриться, однако в глубине души я был почти готов к тому, что вот сейчас с неба под рев реактивных струй спустится какой-нибудь сверкающий супераппарат. Но ничего такого не произошло. Призрачный серебристый экран передо мной всего лишь перестал мерцать и превратился в прямоугольник — высокий, вертикальный и гладкий, как пластиковая игральная карта. Внутри него на уровне земли появился прямоугольник поменьше, который был то ли идеально прозрачным, то ли вообще представлял собой сквозное отверстие. Во всяком случае, сквозь него я отчетливо видел дальнюю часть парковки, тогда как большой прямоугольник продолжал показывать странные разноцветные картинки.

— Мне кажется, это похоже на приглашение, — сказал я через плечо. — Или у кого-то есть другое мнение?

— Это похоже на дверь, старина, — отозвался Сделка.

Я еще несколько секунд разглядывал меньший прямоугольник, потом повернулся и отступил на несколько шагов назад.

— Я возьму чемоданы, — сказал я агенту, который тащил вещи Санни. — Об остальном багаже позаботится моя жена.

— Мы должны пройти сквозь эту дыру? — уточнила Санни, протягивая руки к более легким чемоданам.