— И на какой предмет вы меня… испытывали?

— Я уже упоминала о качествах, необходимых кандидату. Кроме того, он должен обладать терпением.

Я машинально кивнул. На протяжении двух с лишним месяцев Хаксель испытывала мое терпение, как говорится, по полной программе.

— Ну и каковы результаты? — спросил я. — Теперь вы, наверное, уверены, что я гожусь для этой работы. Если вы действительно так считаете, то вам и в самом деле необходим психиатр.

— Напрасно вы придерживаетесь столь низкого мнения о самом себе, доктор.

— У нас это называется скромностью, — пошутил я.

— Впрочем, — добавила Хаксель, — в данном вопросе ваше мнение не играет существенной роли. Мы считаем вас подходящим кандидатом. Это наш окончательный вывод, в справедливости которого можете не сомневаться. Специальный корабль ждет вас неподалеку от Луны. От лица всей нашей цивилизации покорнейше прошу вас, доктор, подняться на борт нашего звездолета и совершить одно небольшое путешествие. Вы должны кое-что повидать, прежде чем от вас потребуется решение.

— А куда мы направимся?

— За пределы вашей галактики. Разумеется, впоследствии мы вернем вас домой.

Я настолько растерялся, что на мгновение мне даже показалось, будто пол под ногами закачался, а стены куда-то поплыли.

— Как долго продлится это путешествие?

— О, не больше вашей недели. Мы все организуем, в том числе перевозку ваших личных вещей и официальное освобождение от служебных обязанностей. Торговцы, несомненно, пойдут навстречу.

Я облизнул пересохшие губы.

— Разумеется, на неделю я смогу отлучиться, но… сколько лет пройдет на Земле за эти семь дней? — На мгновение я представил, что буду чувствовать, когда вернусь и узнаю, что и Санни, и Алекс, и даже мои прапраправнуки давно обратились в прах. Правда, торговцы и некоторые другие расы, освоившие межзвездные перелеты, сумели как-то обойти гениальные эйнштейновские озарения, однако расстояния, которые они покрывали за один прыжок, были невелики… сравнительно невелики. Мне же предстояло путешествие в другую галактику. Астрофизики торговцев рассчитали, что галактика, откуда явились гуюки, отстоит от нашей на десять миллионов световых лет — огромная дистанция по любым меркам. Похоже, старик Альберт все же посмеется последним, причем надо мной.

— В своих оценках я сделала поправку на релятивистский эффект. Ваше отсутствие продлится не больше недели и для вас, и для тех, кто останется на Земле.

— А нельзя ли мне взять с собой жену и сына? — спросил я.

— Можете взять с собой вашу генетическую семью, доктор. Я даже настаиваю на этом, поскольку мне кажется: впоследствии вы очень пожалеете, если они не смогут разделить с вами этот уникальный опыт.

— Боюсь, вы все же не совсем правильно меня поняли, — пробормотал я. — Я не просто сомневаюсь в своей способности выполнить работу, для которой вы меня выбрали. Я абсолютно уверен в своей непригодности… С другой стороны, если эта ваша коллегия будет достаточно многочисленной, один человек не сможет принести большого вреда, каковы бы ни были его деловые и моральные качества. — Это последнее замечание вполне заслуживало того, чтобы занять почетное место в Зале идиотских высказываний, однако в тот момент я об этом почти не думал. Рациональная часть моего мозга продолжала работать на полную мощность, уж больно мне хотелось увидеть другие галактики.

— Значит, вы принимаете наше предложение?

— Один, последний вопрос: когда судьи будут голосовать, могу я воздержаться?

— Никакого голосования не потребуется. Вы должны просто высказать свое мнение.

— В таком случае, на ближайшую неделю я ваш со всеми потрохами. — В глубине души я надеялся, что поездка действительно займет не больше недели: как-никак перспектива оказаться за много миллионов световых лет от дома, где не бывал еще ни один человек, заставляла меня нервничать. — Когда мы отправляемся? Кроме вас у меня есть только один пациент-инопланетянин, но он как раз сегодня выписывается: нам осталось только попрощаться. Мне, однако, нужно привести в порядок дела в моей сухопутной клинике.

Мне показалось, что Хаксель пожала плечами.

— В нашем распоряжении не так уж много времени, так что я буду весьма признательна, если вы поторопитесь. По дороге мы должны забрать еще двух судей, но они, к счастью, уже дали свое согласие. — Ее коготки чуть скрежетнули по полу. — Откровенно говоря, доктор, я рада, что вы не отказались. Теперь нам, гуюкам, не придется превращать ваш мир в тлеющие головешки… Нет-нет, не пугайтесь! Изменение цвета ваших кожных покровов свидетельствует, что вы восприняли мои слова всерьез, и совершенно напрасно. Наши народы не похожи друг на друга, но кое-что общее у нас есть: и люди, и гуюки любят хорошую шутку.

Ничего себе шуточки…

Когда я вошел в палату э-делла-пэ, Пипс выглядел очень взволнованным. Во всяком случае, скобы, составлявшие его тело, изгибались под самыми разными углами, то и дело сталкиваясь между собой. Звуки этих ударов, впрочем, были приглушенными, но настолько частыми, что в комнате стоял громкий шорох, словно кто-то не слишком умело тасовал карточную колоду. Я даже решил, что это повышенное волнение вызвано моим опозданием, и хотел извиниться, но Пипс не дал мне такой возможности.