— Что-нибудь еще? — спросил бармен.

— Ну, — я задумалась.

— Выпей, я угощаю, — услышала я сонный и развязный голос соседа.

— Что, простите?

— Чего ты хочешь? — повторил он, подперев щеку ладонью. Он был явно нетрезвый.

— Спасибо, не надо.

— Я угощаю.

— Боюсь, это вам не по карману, — я была некультурной, чтобы он отстал от меня. Перспектива общаться с пьяным мужчиной, видимо, проигравшимся до последней копейки, мне была не по душе.

— Оскорбляешь, детка. Ты только скажи.

«Будь по-твоему», — подумала я, решив, что после этого он отстанет.

— Коньяк, пожалуйста, вон тот, — сказала я и шепнула бармену, — вы не волнуйтесь, я сама заплачу.

— А я и не волнуюсь.

— Слышь, давай ей коньяка, а мне еще пивка и сигареты.

— Слушаюсь.

Принесли коньяк, я выпила немного, стараясь не смотреть на соседа.

— Рустам, — сказал он.

— Нет, вообще-то я Маша.

Он рассмеялся.

— А ты еще и шутить умеешь, ты мне нравишься. Сколько?

Я посмотрела на часы.

— Полдвенадцатого.

— Ну, ты даешь… Я не про время. Это у меня полдвенадцатого. Сколько ты берешь?

— Что? — я встала со стула. — Вы не за ту меня приняли.

— Да ладно, я же вижу. V.I.P.

Я собиралась уйти, но Рустам тоже встал и остановил меня рукой. Он достал из бумажника визитку и протянул ее мне.

— Позвони, если передумаешь, — сказал он и ушел. На столе одиноко стояло его недопитое пиво, непотушенная сигарета медленно дотлевала в пепельнице, рядом лежал скомканный чек.

— Я надеюсь, мне ничего оплачивать за него не нужно.

— Что вы, Рустам Ахмедович тут постоянный клиент.

— Понятно.

Я посмотрела на визитку, в моей голове сразу же всплыл неоплаченный счет. «Нет, нет… — гнала я от себя эту мысль. — Это не выход, я на такое никогда не пойду… Рустам Ахмедович», — я повторяла имя-отчество нового знакомого, как загипнотизированная. Наверное, он осетин или, хуже того, чеченец. Лично я против чеченцев ничего не имею, но боюсь их. Я сразу вспомнила историю про свою знакомую. Она вышла замуж за чеченца. Забеременела. Родила дочь. Когда он узнал, что родилась девочка (на УЗИ им не удалось выяснить пол ребенка), бросил ее и даже не поехал забирать из роддома, сказав, что они ему не нужны. В квартиру ее не пустил. Даже все ее вещи остались там. Она жила вместе со своей дочерью у матери на ее мизерную зарплату учительницы. Через год девушка встретила другого мужчину и захотела начать жизнь заново, позвонила мужу попросить развод. Он сказал ей, что она ничего не получит. На следующий день муж приехал к ней домой и избил ее до полусмерти за то, что она спуталась с другим мужчиной, забрал дочь и увез ее в Чечню. Два года моя знакомая искала свою дочь, несколько раз к ней приезжали люди мужа и «рекомендовали» прекратить поиски. В итоге она оказалась в сумасшедшем доме, где пребывает до сих пор. Муж регулярно дает деньги врачам на ее содержание. Что с ней будет потом? Я даже боюсь об этом подумать… Очень печальная судьба.

Диана приехала к самому началу программы. Про Рустама я решила ничего не рассказывать. Я очень надеялась на ее гениальный план. Оказалось, что она взяла под залог золота на тысячу долларов и предлагала пойти играть в рулетку.

— Да это бред. Мы все проиграем, — сказала я. — Чем я тебе отдавать буду?

— Отдашь потом. А если выиграем? Тогда и отдавать не придется.

— И ты в это веришь? Диана, я тебя прошу, это не самый лучший вариант. Я и так должна, а еще и тебе буду… Проиграем — пропадет твое золото.

— Да ладно, я решу этот вопрос. Пошли.

Диана решила ставить на «красное» или «черное». Начали со ста долларов. В первые две минуты мы сразу же отбили пятьсот долларов.

— Я же тебе говорила, нам везет. Дело-то благородное, мы не ради себя стараемся.

— Но азартные игры не выход. Давай лучше уйдем, пятьсот выиграли — уже хорошо.

— Нет, мы должны отыграть.

— Ты с ума сошла, не получится.

— Не бойся, все будет отлично. Ставлю пятьсот.

— Нет, давай сто.

— Ставь сто на «черное», а я пятьсот на «красное».

— Нет, давай ты сама. Я не хочу в этом участвовать.

— Какая ты скучная, это же игра.

Я видела, что Диана уже вошла в азарт. Выпало «двадцать пять черное». Минус шестьсот долларов из нашего кармана. Потом Ди решила поставить все на «красное»… потом на «черное»… «Черное»… «красное»… «красное»… «черное»… «черное»… «черное», «красное»… «черное»… ч-е-р-н-о-е…

Мы вышли из казино, когда уже рассвело, в моем кошельке остались деньги только на такси. Диана кричала на всю улицу, что жизнь несправедлива. Я втолкнула ее в такси, и мы поехали ко мне.

До кровати дотащить ее не удалось, она рухнула в гостиной на диване с бледно-розовым от вина пятном. Я пошла в душ. Закрыв глаза, я увидела перед собой два лица — Рустама и Дани. Потом в голове снова пронеслось: «Если вы не оплатите счет, мы будет вынуждены подать в суд…»

Я вытерла свое уставшее от бессонной ночи тело и лицо, намазала его увлажняющим молочком и легла спать. Проснулась, услышав шум на кухне. Я резко вскочила и побежала, крича: «Даня… Даня…»

— Маш, это я, — сонным голосом произнесла Ди.